В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

"

"— О! Мое почтение, молодые люди! Надеюсь, вы завтракали? А я, увы, нет, поскольку эта безответственная особа лишила меня такой возможности. Не понимаю, как при ее врожденной интеллигентности, она отважилась на столь безнравственный поступок. Не уверен, что наши с ней отношения останутся на прежнем уровне… А теперь я вынужден идти искать пропитание в кафе «Гиацинт», где пахнет не гиацинтами, а старыми мочалками…

— Лучше идите в «Кассиопею», там хорошие гамбургеры, — неожиданно решилась на совет Белка. Дядя ей понравился.

— Да? Я приму ваш совет к сведению, сударыня! — Валерий Эдуардович глянул на нее весело и вопросительно.

— Это Белка, — охотно разъяснил Вашек. — То есть Элизабетта. Она здесь первый раз…

Валерий Эдуардович отсалютовал ей снятыми очками, будто маршальским жезлом:

— Рад приветствовать вас на здешней территории, Элизабетта…

У Белки внутри шевельнулся веселый чертик: «Оталютуй так же!» Но она не решилась. Только улыбчиво сказала «здрасте».

— А Тюпа скоро вернется? — вдруг похожим на флейту голосом врезался в разговор Сёга.

— Что? А! Вы имеете в виду коллегу Иннокентия Пятеркина?

— Та-а! — отозвался Сёга в точности как Вашек.

— Вышеупомянутый Иннокентий Пятеркин, он же Тюпа, вернется из лагеря через четыре дня. После чего сможет на каникулярный срок отрешиться от проблем векторных конфигураций и предаться утехам, свойственным его юному возрасту… которому я ох как завидую… — Валерий Эдуардович вдруг согнулся и, морщась, потрогал очками поясницу. — Ну-с, леди и джентльмены, позвольте откланяться… Значит, «Кассиопея»? Рискнем… — И двинулся по мощеной крупным кирпичом дорожке.

— Это знаменитый профессор-доктор Рекордарский, — шепнул Вашек Белке. А профессор почти сразу обернулся:

— Э, чуть не забыл!.. Могу я попросить младшего Горватова уделить мне минуту?

— Та-а! — «Младший Горватов» Сёга подскочил.

— Зная одну вашу склонность, я совершил, может быть, несолидный, но извинительный поступок: провел ревизию шахматного набора в малом читальном зале… и вот, прошу.

— Ой, спа-асибо!..

Со стороны было не разглядеть, что за лошадка оказалась в ладонях у Сёги, но ясно, что замечательная. В старинных библиотеках не держат шахмат ширпотребовского ассортимента. И казалось, что у Сёги от радости вибрируют под футболкой живые струнки.

Профессор Рекордарский обернулся к Вашеку и Белке:

— Надеюсь, другого юного Горватова не затруднит смастерить дубликат реквизированной фигуры? Чтобы мой поступок не был отнесен к тому же разряду, что акция Луизы с сосисками…

— Не затруднит! — радостно заверил Вашек.

Валерий Эдуардович снова отсалютовал очками, воздвигнул их на носу и на сей раз двинулся от ребят без оглядки.