Глоточек свеженького яда

Вячеслав направился в детскую комнату, а Марина уселась в кресло, забравшись туда с ногами.

– Лен, ты когда планируешь уехать? – спросила она у подруги. – Слушай, это ничего, что я тебя продолжаю Леной называть? Если честно, я так привыкла к этому имени, что с другим как-то не представляю тебя. Ну, не поворачивается у меня язык называть тебя Анжеликой, – засмеялась она.

– Зови Леной, я же тебе говорила, что мне это имя очень нравится, ведь так звали мою маму, – улыбнулась девушка.

– Ну, ты когда собираешься уехать-то? – повторила свой вопрос Марина.

– Как только визу получу, – пожала Лика плечами. – Завтра поеду в посольство, сдам документы. Как только будет готова виза, сразу же буду покупать билет на самолет до Мадрида.

– Ты точно все решила? – спросила Марина.

– Точно, Мариш, – кивнула Лика головой. – Точнее не бывает, – добавила она. – Меня здесь больше никто и ничто не удерживает. Единственное, о чем я жалею, что оставляю здесь могилу своих родителей. Я наняла там, на кладбище, одну женщину, чтобы она за могилой ухаживала. Заплатила ей за два года вперед. Надеюсь, что через два года смогу сюда приехать, чтобы навестить их. А если нет… что ж, значит, так тому и суждено быть. Пришлю тогда деньги тебе, а ты уж снова наймешь кого-нибудь.

– Это не вопрос, – махнула Марина рукой. – И деньги мне твои не нужны. Неужели думаешь, забуду? Плохо же ты тогда меня знаешь, – обиженно буркнула она.

– Прости, моя хорошая, я без всякой задней мысли. Что бы я без вас делала? – снова сказала Лика и обняла подругу. – Спасибо тебе за все, Маришенька! Я никогда не забуду того, что ты для меня сделала. Береги своего Славку, он у тебя замечательный.

Мужчины в это время уже не было в комнате, он ушел в детскую, откуда теперь доносился заливистый хохот малыша.

– Щекочет баловника нашего, наверное, – улыбнулась Марина, прислушиваясь к детскому смеху и рокоту мужского голоса. – Видишь, как он быстро его успокоил? У него это всегда здорово получается. Славка – очень хороший отец.

– Счастливая ты, – вздохнула Анжелика. – А вот мне, наверное, никогда не посчастливится узнать, что такое настоящее счастье. После того что со мной сделали эти ублюдки, мои братья, я не могу смотреть ни на одного мужчину. Хотя… – девушка замолчала, о чем-то задумавшись, а потом договорила, тяжело при этом вздохнув: – Нет, это невозможно, как и достать луну с неба.

– Ты о чем это, Лен? – спросила Марина.

– Не обращай на меня внимания, – улыбнулась девушка. – Это я так, о своем, о женском.

– Ты что-то скрываешь от меня, Лена? Что-то случилось еще? – обеспокоенно поинтересовалась Марина.

– Нет, что ты. Разве я могу что-то скрывать от тебя? – почти натурально засмеялась Анжелика, но глаза ее при этом оставались грустными.