Географ глобус пропил

Руины Служкина, дымясь, сидели за партой, когда все учителя начали с облегчением вставать и греметь стульями. Служкин не поднимал глаз. Кира, проходя мимо него, помедлила и насмешливо сказала:

Служкин помолчал, кивая головой, и согласился:

– Дал, да потом страдал.

– И это все твои комментарии?

– У париев нет комментариев.

На каникулах Служкин сидел дома, и однажды заявилась Ветка.

– Блин!.. – ещё в прихожей начала ругаться она, стаскивая сапоги. – Замёрзла как собака в этом долбаном автобусе!.. Дай, Витька, чаю горячего, а то околею!..

Служкин пошёл ставить чайник, а Ветка кричала из прихожей:

– Уж апрель на подходе, Кама и то вскрылась, а холодрыга собачья! Когда же зима закончится? В лужу ещё вляпалась до колен!..

Она прошлёпала мокрыми носками на кухню, плюхнулась на табуретку и бесстыдно задрала ноги, приставив ступни к батарее.

– У вас ещё греют, сволочи… – завистливо заметила она.

– Как поживаешь? – спросил Служкин.

– Да чего там!.. – махнула рукой Ветка и с ходу принялась рассказывать про какого-то Коромыслова, который ей проходу не даёт.

– Ты, старая дура, заколебала уже, – с досадой сказал Служкин. – Сама-то чего творишь? А ещё на Колесникова наезжаешь…

– Кстати! – перескочила Ветка. – Мне тут девки знакомые описали ту бабу, с которой его видели. Ну вылитая твоя Рунёва! Слушай, дай мне её фотографию, чтобы девкам показать…

– Иди ты нафиг! – обозлился Служкин. – Ещё я не участвовал в твоих дознаниях!..

– Что, всё ещё любишь её? – живо спросила Ветка.

– Вижу редко, а думаю часто… – Служкин пожал плечами.

– Кто ж так любит? – хмыкнула Ветка.

– Это ты, если влюбилась, так в каждом подъезде юбку до ушей задирать готова, – пробурчал Служкин. – А я влюбляюсь аккуратно. Что, по-твоему, мне из-за Рунёвой в реанимации лежать? Или серенады ей петь из кустов в палисаднике?.. Да и вообще: не влюбляюсь я ни в кого. Нафиг. Хватит, надорвался, теперь тяжести не поднимаю. А что там Колесников говорит про Рунёву?

– Говорит, что знает, что ты её любишь, и поэтому не стал бы с ней ничего иметь, потому что тебя уважает.

Служкин издал губами неприличный звук и начал разливать чай.

– Он сейчас-то уже не шляется по ночам, – рассказала Ветка. – Сразу после работы – домой, как и раньше. – Она помолчала и неожиданно с чувством добавила: – Жаль, не успела вовремя его застукать, а то прямо во сне видела, как салатницу ему прямо об башку разбиваю… Слушай, Витька, а может, ты и не любишь Сашеньку-то свою дурацкую?..

– Чёрта тут поймешь, Ветка. – Служкин закурил. – Вроде и люблю её, а к ней не тянет. Тянет к другой девице, училке из моей школы, а жить всё равно хотел бы с Надей.