Глазастая, ушастая беда

Но, если вспомню про некую вещь, которая была в столе, просто залезу в пакет, пороюсь в нем и добуду ее.

Элеонора округлила глаза.

– Ты не выбрасываешь эти пакеты?

– Нет, а зачем? – удивился я. – Вдруг потребуется какая-то вещица.

– И где они стоят?

– За портьерами в кабинете, – повторил я, – их не видно.

– Типично мужское свинство, – рассмеялась Элеонора. – Голову на отсечение даю, что в детстве, когда Николетта из вредности запрещала няньке убирать твою спальню и с криком «Мальчишка обязан учиться аккуратности» неслась в твою комнату, чтобы закатить тебе скандал, ты, Ваня, понимая, что на метле летит маман, живо запихивал разбросанные игрушки под кровать, благо покрывало свисало до пола, и с невинным видом садился в кресло с книгой.

– Вы не ошиблись, – засмеялся я.

– Николетта заглядывала под койку? – прищурилась Элеонора.

– Нет, она меня ни разу не поймала, – ответил я.

– С моей бабушкой, царствие ей небесное, это не прошло бы, – сказала Нора, – она сразу под тахту заглядывала. Поэтому я…

Элеонора замерла, потом, воскликнув:

– Вспомнила! – ринулась к подоконнику, где на подставке, прикрытой салфеткой, сидел потрепанный плюшевый мишка.

Нора пересадила Топтыгина на подоконник и сдернула салфетку. Я увидел большую далеко не новую картонную коробку.

Нора подняла крышку.

– Бабуля всегда заглядывала под кровать, но ей в голову не приходило посмотреть, на чем сидит Роджер Варфоломеевич.

– Так зовут медведя? – уточнил я.

– Ага, – по-детски ответила Нора и стала копаться в содержимом коробки. – А еще бабушка говорила: «Порядок в столе – порядок в мыслях». Она требовала от внучек идеального содержания ящиков и поверхности стола. По этой причине свое барахло я хранила в коробке под Роджером Варфоломеевичем."

"Я слушал Элеонору и понимал, что женщины еще более загадочны, чем я до сих пор считал. Ваш покорный слуга знаком с Норой много лет и наивно думал, что прекрасно знает характер владелицы детективного агентства. Не один год я исполнял обязанности ее секретаря, жил в одной квартире с ней, знаю, что она образованна, умна, воспитанна, не имеет привычки закатывать истерики. Нора не любит походы по магазинам, не болтает по телефону с подругами часами. Она прекрасный детектив, мой учитель, и уж поверьте, мне от нее никогда не доставались пряники. Если вспомнить известное выражение, то я получал только «угощение» кнутом. Но когда в моей жизни возникали сложные ситуации, первой на помощь терпящему бедствие секретарю всегда приходила Элеонора. Она выручала меня из беды, а потом щедро раздавала мне моральные оплеухи. Я думал, что она для меня открытая книга. И вдруг! Оказалось, что в романе есть непрочитанные главы.