Глазами жертвы

На ребрах, лице и бедрах чернеют синяки, колени покрыты ссадинами. Из живота торчит нож, вошедший по самую рукоять. Над телом роились мухи, и Зои старалась не смотреть на лицо жертвы – в глазницах копошились личинки.

Вокруг тела белел неровный круг, внутри него перекрещивались несколько линий. Зои не сразу сообразила, что это такое. Пентаграмма, нарисованная краской на утоптанной земле.

Бентли почувствовала приступ головной боли, обещавший вскоре набрать силу. В глубине ее сознания клубился темный вихрь, рвущийся наружу. Она мысленно подавила его, затем шагнула вперед, сосредоточив внимание на жертве. Рядом с телом сидела на корточках судмедэксперт, доктор Террел. Она надевала на руку убитой бумажный пакет; ее движения были неторопливы и осторожны, почти изящны.

Зои опустилась на колени рядом с Террел, стараясь не задеть белую краску на земле, и тщательно осмотрела тело. Убийца не потрудился накрыть его. Напротив, он явно приложил усилия, чтобы придать жертве нужную позу после смерти. Совсем не похоже на дело Кэтрин Лэм… Тогда что общего?

Кожа женщины уже потемнела настолько, что стало трудно различить кровоподтеки, но они были. Следы удушения, тот же угол, та же ширина. Достаточно ли этого, чтобы связать два случая?

За спиной Зои кашлянула О’Доннелл.

– Что успели выяснить?

Террел не взглянула ни на Зои, ни на детектива.

– Судя по трупным пятнам и степени окоченения, смерть наступила предположительно от двадцати четырех до тридцати шести часов назад. Скажу точнее после вскрытия. Кровоподтеки указывают на то, что тело перемещали сразу после смерти.

– Причина смерти? – спросила О’Доннелл.

Террел глянула на нее, подняв одну бровь.

– Не для протокола, – тихо сказала детектив, – просто предварительное умозаключение.

– Не могу утверждать наверняка, но предполагаю, что нож вонзили в живот посмертно, – ответила Террел. – Или кто-то чертовски хорошо смыл кровь. На шее синяки – признак удушения.

Зои еще раз осмотрела нож. Входное отверстие чистое, почти без крови вокруг. Если б жертва была жива, из раны хлынула бы кровь. Ночью полностью смыть ее было бы затруднительно. Значит, как и сказала Террел, эту женщину убило не ножевое ранение. Скорее всего, ее задушили, как и Кэтрин.

– Поэтому вы велели позвонить мне? – спросила О’Доннелл. – Потому что она была задушена?

Террел указала на руку жертвы, и Зои наклонилась, чтобы присмотреться. В коже виднелись два крошечных прокола.

– На другой руке такие же, – сказала Террел. – Похоже на следы от шприца. Не уверена точно, какого размера, но узнаю это во время вскрытия.

Нахмурившись, Зои привстала, чтобы разглядеть шею жертвы с другой стороны. Кожа разорвана, из нее тянулся след засохшей струйки крови.

– Есть предположения, что это за рана? – спросила она.