Глазами жертвы

Он набрал из крана стакан воды, отложил скальпель и помог ей напиться, поднося стакан к ее губам и медленно его наклоняя. Она отпила немного, но когда стакан слишком сильно наклонился, снова зашлась кашлем. Владеющий собой человек отнял стакан.

– Еще? – спросил он, когда кашель прекратился.

Она помотала головой. Позади хлопнула дверь. Он оглянулся: Дэниел ушел в свою комнату.

– Не оставляй меня с ним, – сказала девушка. – Он меня убьет.

– Я ему не позволю. Он знает, что так нельзя.

– Только не оставляй меня с ним.

Он снова сунул ей в рот кляп. Затем, не в силах удержаться, слизнул кровь с ее шеи. Великолепно! Как он мог поверить, что кровь испорчена? Он слизывал кровь, пока кожа не стала чистой, затем высосал остатки из воротника рубашки. Девушка напрасно стонала, пыталась отстраниться.

Кожа горячая.

– У тебя жар, – пробормотал он.

В доме нет жаропонижающего. Завтра придется что-то купить.

Но как оставить ее наедине с опухолью?

Глава 54

Вернувшись в гостиницу, Зои села на кровать и стала пересматривать свои записи и фотографии на ноутбуке. Она решила, что похищение Реи – достаточно веская причина, чтобы нарушить свое обещание и работать допоздна.

Они с Альбертом работали целых четыре часа. Он узнал большинство прихожан, хоть и не всех. Кроме того, нашел около тридцати номеров телефонов. Завтра Зои сможет посмотреть, с каких из этих номеров звонили Кэтрин.

Теперь она пыталась выяснить имена остальных мужчин с фотографий. Например, высокого лысого парня, которого дважды засняли за разговором с Гловером. На семи снимках он был вместе с неким Дональдом Холкомбом. Зои быстро нашла Холкомба в «Фейсбуке»; среди ста сорока семи его друзей обнаружила и высокого парня, которого зовут Бобби Кросс. Зои многое узнала из профилей Холкомба и Кросса: их возраст, имена друзей. Кросс холост, а Холкомб женат и воспитывает четырнадцатилетнюю дочь. Пока Зои записывала все в блокнот, в уме она уже прикидывала вероятности того, что один из мужчин – убийца. В друзьях у Кросса нашелся еще один прихожанин.

Она продолжала работать, разглядывая фотографии, изучая профили в соцсетях, делая пометки в блокноте и иногда обводя одно из имен.

В объектив камеры попали моменты, обычно остающиеся за кадром. Препирающиеся вполголоса супруги. Мужчина плачет во время службы. Ребенок срывает цветы с клумбы, а его мать бежит к нему с искаженным от гнева лицом. Для Зои все это бесценно.

Когда она выходила из дома Альберта, у нее был лишь список имен со скупыми пометками: профессия такая-то, возраст такой-то. Теперь люди в ее сознании обретали форму. Так, Джереми Финн сначала запомнился как тридцатилетний женатый мужчина, но после двух часов просмотра фотографий и изучения профиля в «Фейсбуке» его образ изменился.