Любимый с твоими глазами (СИ)

«Тут же нет Олега…»

И то правда. Рядом с ним я растекаюсь в лужицу, а рядом с этим козлом обороняюсь, как ежик. Гордо забираю писульку, чем бы она не была, открываю, чтобы потом…

Ох, боже, сердце забилось так быстро…Не может быть…

- Надеюсь, что вы хорошо читаете на русском? - тихо спрашивает Ярослав.

Он делает на меня шаг, чтобы оказаться так близко, что это точно выходит за границы дозволенного. Каким-то уголком сознания, я очень хочу его с силой отпихнуть, но, по правде говоря, слишком затянула меня писулька. Парализовала, если можно так выразиться, и все, что волнует — она и только.

Ох, боже…не может быть…Не может этого быть…

А Ярослав наслаждается. Он подцепляет указательным пальцем мои волосы, потом двигается еще ближе и шепчет на ухо.

- Видел твоего бывшего и знаю, что у него дела идут лучше, чем «отлично». На что поспорим, что этот иск суд удовлетворит? Ты лишишься своего ребенка, Алиса Степановна. Но я готов помочь.

Медленно поднимаю на него глаза, хотя уже знаю наперед: я не хочу знать условия, при которых он «готов мне помочь».

- Приходите вечером ко мне в мэрию, обсудим, - и совсем уж мерзко, - Всегда мечтал трахнуть дочь мэра на его столе.

Меня как в дерьмо окунули. Так мерзко, клянусь, я себя никогда не чувствовала, поэтому отшатываюсь от него, как от самой пахучей кучи дерьма. Смотреть на него больше желания нет. Я хватаю за руку Давида и буквально со всех ног несусь с ним до подъезда. Знаю, что так делать нельзя. Знаю, что я его пугаю, но мне тоже дико страшно. Пальцы ведь жжет иск на единоличную опеку от Олега Егоровича Елагина…

Глава 9. Я тебя ненавижу

Алиса

Мы залетаем в квартиру, как торнадо. Велосипед — на полу. Давид — молчит, а я дышать не могу, сжимая еще одно доказательство нечестности, жестокости и какого-то больного бессердечия, как и шесть лет назад. Тогда, правда, у меня не было ничего «вещественного», лишь воспоминания, но теперь все на поверхности. Вот она — ложь Олега.

Так он действительно лишь усыплял мою бдительность? Действительно задумал все это провернуть?! А я…дура. Опять! Опять купилась на его чистые глаза. Когда до меня дойдет наконец, что это за человек, твою мать?! Сколько раз мне должно прилететь граблями прямо в лицо?! Миллион?! Тогда дойдет? Или снова нет?!

Со скачущим сердцем разворачиваю уведомление о подаче иска. Или как эта хрень называется?! Я без понятия! Ничего не соображаю. Все, что могу выцепить — это свое имя, имя своего ребёнка и этого козла! Ублюдок…

- Мам? - тихо зовет Давид, а я, пару раз моргнув, смотрю на него и глухо шепчу.

- Иди в комнату, включи мультики и не выходи.

- Мам…

- Давид, я сказала! Сейчас же!"

"Я опять это делаю — срываюсь на ребенке, чего поклялась никогда не делать, но я обещаю подумать об этом чуть позже. Обещаю извиниться от всего сердца.