Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Впрочем, Пирс и Стивен явно намного моложе остальных, видимо, они не настолько были подвержены условностям и стереотипам, и приняли мою взрослость, несмотря на несоответствующую ей внешность, гораздо легче, чем более старые, а точнее – древние оборотни.

Мы вновь выстроились на границе леса, невидимые для людей. Меня удивляло, почему собаки до сих пор нас не учуяли, и я озвучила этот вопрос.

– Они не выглядят особо обученными, – пожал плечами Адам. – Но дело, скорее всего не в этом.

– А в чём?

– Мы не пахнем людьми. Поэтому они на нас и не реагируют.

Я задумалась. Это действительно было правдой – в целом оборотни пахли иначе, не так, как люди. Но я не обращала на это внимания, поскольку и между собой они пахли по разному, так же как и люди. И совсем неплохо пахли, по крайней мере мне их запах нравился. Особенно запах Гейба – для меня его аромат был прекраснее любых духов.

Но я не придавала этому значения, поскольку привыкла, что каждый человек – или оборотень, или кто угодно ещё, не принципиально, – имеет свой, неповторимый, запах. Но я как-то прежде не задумывалась, что собаки могут не распознать в них людей. Может потому, что я всё же видела их людьми, так что тут тоже вступали в ход стереотипы.

Интересно, получается, что и я для собак человеком не пахла? Скорее всего, так оно и было.

– Ну, выбрала свою жертву? – поинтересовался Гейб.

– Да. Вон ту собаку, – и я указала на пса, который раньше гонялся за кроликом. Он казался моложе остальных, менее обученным и более жизнерадостным. Я почувствовала с ним некую родственную связь. В каком-то смысле мы были похожи, учитывая мой недавний поступок.

– Хорошо, тогда я беру её хозяина. И, пожалуйста, Миранда, держись возле меня. Я понимаю, что ты уже бессмертная, что ты равна нам, но мне всё равно трудно. Сделай мне одолжение, пожалей мои нервы.

– Ладно, – кивнула я. Почему бы и нет?

Остальные быстро распределили между собой людей и собак, чтобы действовать чётко и одновременно. Двое из тех, кому объектов не хватило, должны были открыть или взломать входную дверь. Двое остальных – прикрывать нас и наблюдать за окрестностями, оставаясь снаружи.

Гейб дал сигнал, и мы рванули вперёд, синхронно перепрыгнули через забор и вихрем налетели на охранников и их собак. Если они и успели что-то сообразить, то слишком поздно, когда уже лежали связанные собственными вещами, а их телефоны и оружие были раздавлены или погнуты. Я аккуратно спутала собаке лапы и стянула куском поводка пасть, стараясь не причинить боли. Пара секунд – и всё готово, двор был нашим.

Я погладила растерянно глядевшую на меня собаку, а потом вскочила и вместе с Гейбом проникла сквозь выломанную входную дверь внутрь.