Глаза дракона

«А если Брендон вмешается?»

«Скажу, чтобы он поговорил с вами».

«Верно», — Пейна откинулся в кресле.

«И я не должен говорить, чтобы они держали этот разговор в тайне».

«Да. А почему?»

Бен какое-то время молчал. Пейна не мешал ему думать: парень ему нравился. Он держался спокойно и уверенно. Любой другой, кого привели бы к нему среди ночи, дрожал бы от ужаса.

«Потому что тогда они скорее могут рассказать об этом, чем если бы я не сказал ничего».

Губы Пейна тронула усмешка:

«Молодец. Дальше».

«Вы даете мне десять золотых. Два я дам Деннису: один для него, а второй для того, кто найдет кукольный дом, принадлежавший матери Питера. Остальные восемь для Бесона, главного тюремщика. Деннис передаст мне кукольный дом, который я отдам Бесону, а салфетки он отдаст Бесону сам».

«Сколько?»

«Двадцать одну каждую неделю. Королевские салфетки, но без герба. Вы наймете женщину, которая будет срезать гербы с салфеток. Время от времени вы будете передавать через меня деньги Деннису или Бесону».

«Но сам не возьмешь?» — уточнил Пейна. Он уже предлагал, и Бен отказался.

«Нет. Это все».

«Уже немало».

«Жаль, что я не могу сделать больше».

Пейна сел прямо, внезапно посуровев лицом:

«Не можешь и не должен. Это очень опасно. Ты оказываешь услуги человеку, обвиненному в отвратительном преступлении».

«Питер — мой друг», — возразил Бен с достоинством."

"Пейна усмехнулся, указывая на синяки, украшающие лицо Бена:

«Я вижу, ты уже заплатил за эту дружбу».

«Я готов заплатить в сто раз больше, — Бен поколебался и твердо добавил. — Я не верю, что он убил отца. Он любил короля Роланда не меньше, чем я люблю своего отца».

«Да?» — переспросил Пейна без интереса.

«Да! А вы верите, что он это сделал? Вы действительно верите в это?»

Пейна усмехнулся так, что даже горячая кровь Бена застыла в жилах.

«Если бы я не верил, я бы поостерегся говорить об этом кому попало, — сказал он ужасно медленно. — Иначе я очень скоро почувствовал бы на шее лезвие топора».

Бен молча смотрел на него.

«Ты говоришь, что ты его друг, и я тебе верю, — Пейна, сидя в кресле так же прямо, не отрывал от Бена глаз. — Если ты и правда его друг, ты сделаешь то, что я сказал, и не больше. Если ты надеешься, что Питер в конце концов будет освобожден — а я вижу это по твоему лицу, — то оставь эти надежды».

Пейна не позвал Арлена, а сам вывел юношу через черный ход. Солдат, который привел его, завтра же отправится в западный баронат.

У двери Пейна сказал:

«Напоминаю еще раз: не отступай от договоренности ни на шаг. Друзей Питера сейчас не очень жалуют в королевстве, как доказывают твои синяки».

«Я буду драться с ними!» — воскликнул Бен.

«Да-да, — Пейна опять усмехнулся. — И то же придется делать твоей матери? Или младшей сестре?»

Бен уставился на него широко раскрытыми глазами.