Третий глаз-алмаз

Я их и дома-то с посторонней помощью стягиваю, а уж в тесноте и вовсе без шансов. Тут ноги не выпрямить.

– Ну ваще! – простонал гаишник."

"– Главное, не отчаиваться, – оптимистично воскликнула я, – безвыходных положений не бывает! Пошли в вашу машину, она намного шире.

Сказано – сделано. Приходько, матерясь сквозь зубы, задом выполз из «букашки», за ним буквой «зю» выкарабкалась я. Пригнув голову и нервно вздрагивая, мы мелкими шажочками дотащились до патрульной девятки и вползли на заднее сиденье.

– Тут значительно лучше, – констатировала я, – думаю, предприятие завершится успешно.

Прошло десять минут, и джинсы оказались на коврике.

– Слава богу! – простонал Павел Федорович, хватая штаны. – Сиди, не рыпайся, у меня инструмент в багажнике.

Лейтенант вышел, я откинулась на спинку сиденья. Ну почему я с завидным постоянством попадаю в идиотские ситуации? У продавщицы в торговом центре пояс работал безотказно, а у меня заклинило, да еще лейтенант со своим пальцем!

С улицы послышался шум, я глянула в окно и вздрогнула: прямо около автомобиля Приходько притормозила еще одна бело-синяя «девятка», из нее вышел жилистый, тоже немолодой мент, дернул водительскую дверь, распахнул ее, заглянул внутрь и заорал:

– Федорыч! Ты где?

– Он пошел за инструментом, – пискнула я.

– Куда? – изумился милиционер.

– В багажник.

– А ты кто?

– Э… э… знакомая, – ответила я.

– Интересненько, – протянул гаишник, – Федорыча нигде нет, багажник закрыт, а ты тут восседаешь. А ну, выходи.

– Нет, – возразила я.

– Вылазь, говорю!

– Не хочу!

– Это приказ!

– Вы не имеете права мною командовать, я не за рулем, просто гражданка!

– Вот я сейчас позову ребят, и выясним, какая такая «просто гражданка» в патрульной машине в одиночестве балуется, – пригрозил мужик. – Давай на шоссе, а то хуже будет.

– Извините, но я без брюк, – призналась я.

– Не понял, – отпрянул гаишник.

– На мне только футболка, – пояснила я, – она, правда, длинная, но у меня незагорелые ноги, хоть лето и в разгаре, однако я пока до пляжа не добралась.

– А где штаны-то? – пришел в изумление коллега Приходьки.

– Их Павел Федорович унес.

– Зачем?

Я откашлялась.

– Начну сначала. Я нарушила правила.

– Ну?

– Пересекла две двойные, развернулась в неположенном месте.

– Ну?

– Приходько меня остановил.

– Ну?

Я примолкла. Наверное, неправильно сообщать про вымогательство Павла Федоровича, надо обойти стороной эту ситуацию.

– Дальше, – поторопил меня гаишник.

– Его рука оказалась в брюках, – зачастила я, – абсолютно случайно туда попала и застряла.

– Где?

– В джинсах, – заискивающе улыбнулась я.

– В чьих?

– В моих.

– Зачем?

Я заблеяла.

– Вы только не волнуйтесь.