Глаз тигра. Не буди дьявола

– Замечательно, это вполне покроет все наши расходы, – кивнул Флинн и только теперь позволил себе посмотреть в сторону Себастьяна с Розой, которые, взявшись за руки, сидели на диванчике. Казалось, их совсем не интересует то, о чем тут торгуется Флинн с капитаном Джойсом, они были заняты только друг другом.

Как хорошо, подумал Флинн, что вакамба, из которых комиссар Флейшер рекрутировал большую часть рабочей силы, гладко бреют голову. Для европейца было бы невозможно завить свои прямые волосы так, чтобы прическа хоть чуть-чуть напоминала африканскую.

Хорошо также и то, что существует такое дерево: м’сенга. Из коры этого дерева рыболовы Центральной Африки готовят отвар, которым пропитывают свои сети. От него волокна сетей делаются крепче, а кроме того, этим отваром можно покрасить кожу. Однажды Флинн сунул в тазик с таким отваром палец, тот почернел, и потом Флинн целых пятнадцать дней не мог его отмыть или оттереть.

И наконец, хорошо, что Себастьяну расплющило нос. Теперь у него нос решительно негроидной формы.

70– Тысяча фунтов! – с придыханием, будто благодарственную молитву перед едой, произнес Флинн О’Флинн, зачерпнул еще одну кружку черной жидкости и вылил ее на гладко выбритую голову Себастьяна. – Ты только подумай, парнишка ты мой, тысяча фунтов! Ровно половина, пятьсот фунтов причитается тебе. Куча денег! Ты сможешь вернуть мне должок, все до единого пенни! Наконец-то ты не будешь мне должен!

Они сделали привал на реке Абати, одном из притоков Руфиджи. В шести милях вниз по течению находился лагерь лесорубов комиссара Флейшера.

– А работенка у тебя будет – не бей лежачего, – продолжал радоваться Флинн.

Он удобно устроился на стуле со спинкой и с сиденьем из плетеной кожи перед стальным, оцинкованным тазиком, в котором сидел, прижав к подбородку коленки, Себастьян Олдсмит. Себастьян был похож сейчас на унылого спаниеля, принимающего ванну с шампунем от блох. Жидкость в тазике цветом и вязкостью напоминала крепкий турецкий кофе, и лицо Себастьяна, а также все тело приобрели цвет темного, с синеватым отливом шоколада.

– Себастьяна деньги не интересуют, – сказала Роза Олдсмит.

Она стояла перед тазиком на коленях, черпала ладонью и ласково, как мать, купающая своего ребенка, поливала плечи и спину Себастьяна отваром коры м’сенги.

– Знаю-знаю, – быстро согласился Флинн. – Мы все исполняем свой долг. Мы все помним крошку Марию, да благословит Господь ее маленькую душу. Но денежки нам тоже не помешают.

Еще одна кружка полилась на голову, и Себастьян закрыл глаза.

– Потри как следует там, где у тебя складки вокруг глаз и под подбородком, – сказал Флинн, и Себастьян повиновался. – Так, а теперь давай-ка тебя осмотрим, чтобы все было в порядке, не придраться.