Глаз тигра. Не буди дьявола

Глаза у пловца были цвета морской волны в пасмурную погоду, спокойные и невинные, а ладонь оказалась сухой и крепкой.

– Загляденье, а не катер, капитан, – сообщил он мне тоном, которым сказал бы дамочке с коляской, что у нее прелестное дитя.

– Да, неплохой старичок.

– Сколько футов? Сорок четыре? Сорок пять?

– Сорок пять, – ответил я, чувствуя растущую симпатию к этому мальцу.

– Джимми объяснит, куда плыть, – вмешался Мейтерсон. – Делайте, что прикажет.

– Договорились, – кивнул я, а Джимми покраснел под загаром.

– Приказывать я не стану, мистер Флетчер, – покачал он головой. – Просто покажу, куда нам надо.

– Отлично, Джим. Куда надо, туда и отвезу.

– Когда остров останется позади, возьмите, пожалуйста, западнее.

– И как долго мы намерены плыть на запад? – уточнил я.

– Будем следовать вдоль береговой линии материка, – снова вмешался Мейтерсон.

– Отлично, – сказал я. – Просто замечательно. Но вы же в курсе, что у местных не принято встречать незнакомцев с транспарантами «Добро пожаловать»?

– В таком случае будем держаться подальше от берега.

Я на мгновение задумался, не стоит ли вернуться к Адмиралтейской и высадить всю эту шайку на берег.

– Куда вы хотите попасть? К северу или к югу от устья реки?

– К северу, – ответил Джимми, и я передумал возвращаться.

К югу от устья полно патрульных вертолетов. Тамошние власти весьма трепетно относятся к своим территориальным водам, и соваться туда средь бела дня я не планировал.

Север, однако, дело другое, берег практически пустой. В Зинбалле имеется один-единственный патрульный катер, но когда он на ходу – а такое бывает от силы пару-тройку раз в неделю, – пограничники, как правило, вусмерть упиваются пальмовым вином – его тут сбраживают по всему побережью. Если же команда патрульного катера и двигатели функционируют одновременно, тот способен разогнаться до целых пятнадцати узлов, в то время как «Танцующая» запросто выдает двадцать два – стоит только попросить.

И последний туз в рукаве: я мог провести «Танцующую» по лабиринту островков и прибрежных рифов кромешной ночью под ревущим муссоном, а командир патрульного катера, судя по моему опыту, старательно избегал такого сумасбродства, предпочитая оставаться в тиши и спокойствии залива Зинбалла даже в самые ясные и солнечные дни, когда на море полный штиль. Говорили, что командир сильно страдает от морской болезни и не уходит в отставку лишь потому, что Зинбалла находится в достаточном отдалении от столицы, где он однажды вынужден был закончить министерскую карьеру из-за некоторых неприятностей, связанных с исчезновением крупных объемов гуманитарной помощи.

На мой скромный взгляд, этот человек как нельзя лучше годился для своей нынешней должности.