Глаз Пернатого Змея

В данный момент его очень заинтересовало то, как назвала Анжела именитого гостя, отмечавшего в ресторане свой день рождения, — Константин Сергеевич. А в сообщениях об Андрее Ракитине нередко фигурировал его друг Константин Ветлов. Имя редкое, Леня никак не мог считать такой факт простым совпадением.

Лола убрала мобильник в карман и вздохнула, но тут же приободрилась. Леня, конечно, опять навесил на нее работу, однако все не так плохо. Сейчас она выяснит, кто такой этот инвалид, и поедет домой. А там пролежит часа два в горячей ванне с душистыми добавками, чтобы смыть с себя противный запах ресторанной еды, будет слушать ненавязчивую музыку и нарочно гонять Леньку то за бокалом сухого вина, то за маслинкой, то за кусочком сыра бри, то за вишней в сиропе, то за солеными орешками. Пусть только попробует не принести!

Книга записи предварительных заказов хранилась в кабинете управляющего. Лола улучила минутку и проскользнула в кабинет. Так, десятое июня… вот заказ столика на вечер — ага, Бакланова Е. Д., столик на двоих.

Сама, значит, и столик заказала в этом ресторане, на свою погибель. Что ж, все бывает, девица-то явно не простая, с криминальным прошлым… Может, и к лучшему, что ее… того, а то втянула бы хорошего мужика в историю… Ну, теперь-то он в надежных руках, уж Альбина за ним присмотрит…

Лола быстро вела пальцами по строчкам… ага, вот заказ… банкет на двадцать человек в малом зале. Скромненько так… ну, инвалид все-таки… вот он, Ветлов К. С. И телефон.

За неимением под рукой бумаги, Лола записала номер телефона на собственной ладони и собиралась ускользнуть, но тут дверь открылась, и в кабинет вошел управляющий.

— Ты что тут делаешь? — нахмурился он.

Чтобы придать другое направление его мыслям, Лола послала ему через стол самую зазывную улыбку. Артур понял.

Бодрым козликом обежав стол, он приблизился к Лоле и протянул руки.

— Я люблю вас, Ольга! — запел он фальшивым голосом. — Я люблю вас, как безумная душа поэ-эта… чего-то там осуждена-а!

Как видно, ему не давала покоя не только слава чтеца-декламатора, но еще и слава оперного певца Ивана Козловского. Лола пыталась отойти, но уперлась в стену. Артур схватил ее за плечи и притянул к себе. Лола поняла, что он настроен очень серьезно.

— Артур Семеныч… — лепетала она, — Артур Семеныч… да погодите вы…

— Да что такое… — пыхтел он, пихнув ее на стол, — сейчас…

— Да Артур Семеныч же! — заорала Лола и двинула его ногой. — Вы что, рехнулись совсем?

От боли Артур пришел в себя, во всяком случае, было видно, что Лолины прелести его больше не притягивают. Вместо примитивного мужского интереса в его душе закипела злость.