Главный герой блокбастера

Но Алефа никто не поторапливал, и он подписывал майки, кепки, блокноты, плакаты, пожимал руки и улыбался камерам.

Дерек тоже раздавал автографы в сторонке, и сегодня он не выглядел ""замороженным"". Видимо, несмотря на то, что таких вот красных дорожек в его жизни было очень много, неприкрытый восторг, ливший со всех сторон, все еще задевал какие-то струны в душе."

"Все закончилось, когда подъехала следующая машина. Помахав расстроенным поклонникам, Дерек встал рядом с Алефом, подождал секунду, давая особо проворным шанс быстро их ""щелкнуть"", и направился ко входу в здание.

— Выглядишь отлично, — сказал тихо. — Но в шортиках был бы краше.

— Вот на премьеру второго фильма я их и надену, — шепнул Алеф в ответ.

Под профессиональные снимки аккредитованных репортеров была отведена огромная площадь. Их с Маккентоем снимали вместе и по отдельности. Волнение ушло совсем, и Алеф улыбался, обнимал Дерека. Это была работа, и одновременно награда.

— Мистер Маккентой, мистер Бордер, пройдите в зал, — попросил их еще один из безликих помощников. — Вас позовут на общую съемку. Коктейли и закуски к вашим услугам. Господа, три минуты, — повысив голос, сказал он толпящимся журналистам.

— Можно еще кадр вдвоем? — попросил усатый полный фотограф, присаживаясь на корточки.

— Поцелуй! — выкрикнул высокий журналист, непрестанно щелкая камерой. — Говорят, в фильме у вас любовь?

Алеф посмотрел на Дерека. Ему невероятно хотелось его поцеловать, поделиться куражом, счастьем, адреналином, что бурлил в крови. Но Джош поцеловать Центуриона не мог — несмотря на чувства, порой срывающие ему крышу, не он был ведущим в их паре. Только когда Центуриону изменяла выдержка, тот не осаживал Джоша.

Дерек медлил, его черты становились более резкими, взгляд тяжелел — как у Центуриона. А Алефу внезапно стало неловко. Черт возьми, это тебе не кино, сейчас перед телеком собралась вся его семья, смотрят по кабельному прямую трансляцию. И на глазах миллионов он поцелует мужчину.

Видимо, Дерек это заметил. И, конечно же, сразу понял все его эмоции.

— Поцелуи все смотрите на экране, — немедленно улыбнулся он, отворачиваясь. — Уж любовь мы там показали сполна.

Алеф выдавил улыбку, чувствуя, как на душе становится гадко. Как будто он только что оттолкнул Дерека на глазах у всех, струсил, заявил, что между ними ничего нет. Конечно, Дерек наверняка его поймет и даже не обидится, но ощущение совершенного предательства крепло с каждой вспышкой. Что он ответил бы, если бы мать спросила, что у них с Маккентоем? Улыбнулся и заверил, что просто крепкая дружба?..

— Да брось, — сказал он раньше, чем успел подумать, что делает. — Поцелуй меня.