Гладиатор. Возвращение

Уверен, что Макс мне не сын. Но пусть моя девочка услышит это не от меня. И пусть она решит, что нам со всем этим делать.

Я доверяю её женской интуиции, полагаюсь на её житейскую мудрость. Знаю, что она рассудит правильно, потому что любит меня, потому что так будет лучше для нас, а я просто ей доверюсь.

Отправляю одно большое пульсирующее «сердце» в сообщении.

Эх, с этими девочками каких только глупостей творить не научишься!

35. Виктория

Я, конечно, и не ожидала, что Полина удивится, увидев меня без Алекса. Она и не удивилась. Вытягивала меня этой перепиской, якобы с Алексом, на встречу. И обе мы прекрасно знали кто и с кем переписывается и зачем.

- Спасибо, что пришла, - от низкой оградки, что отделяет детский городок, она отходит улыбаясь. - Очень надеялась, что ты будешь одна.

- Я не одна, - не оборачиваюсь, но знаю, что Михаил, водитель и по совместительству мой охранник, где-то рядом.

- Это не считается, - машет она равнодушно рукой, безошибочно выхватывая его высокую фигуру у меня за спиной, и выставляет на асфальтированную дорожку похожий на муравья детский велосипед. - Макс! Пошли покатаемся!

Мальчик тут же отделяется от кучки детей, и, пока бежит, весь взмокший, взъерошенный нам навстречу, я невольно вздыхаю. Он похож на Алекса. Очень похож. Это бесспорно. И от Полины не ускользает этот вздох, который я и не скрываю."

"- Привет, Виктория! - с радостью забирается Макс на свой яркий велик, и своё приветствие я говорю уже ему в спину.

- Привет, Макс! Можно просто Вика!

- Родственники часто похожи между собой, - Полина пристраивается к моему неторопливому шагу, вслед за уверенно крутящим педали ребёнком.

- Да, особенно отцы с сыновьями.

- Даже не представляешь насколько ты права, - улыбается она, демонстрируя свои мягкие ямочки. - Но это Алекса я жестоко дразню на этот счёт, тебе скажу правду: Макс не его сын.

- Но он же... - я останавливаюсь, чтобы посмотреть ей в глаза.

- Он не его сын, Вика, - и хоть слова её словно снимают груз с моей души, ни сострадания, ни доброты в её холодном взгляде нет. - А ты не боишься, что твой ребёнок не будет похож на отца?

- Нет, - усмехаюсь я. И не знаю, зачем я это говорю, но всё же слова сами рвутся наружу. - Алекс первый и единственный мужчина в моей жизни. И это его ребёнок. Хоть тебя это и не касается.

- Серьёзно? - удивляется она, а потом спохватывается, что Макс уехал уже далеко, и мы ускоряемся, чтобы его догнать. - Сознайся, только честно, ты ведь смирилась с тем, что у твоего мужа на стороне мог быть сын? Согласилась, что он будет с ним общаться? С ним, со мной.

- Ребёнок ни в чём не виноват. И да, я приняла это. У Алекса и так была нелёгкая жизнь, чтобы наказывать его за ошибки прошлого. Мы уже прошли это, - снова выравниваем мы шаг, пока Макс объезжает нас кругами.