Афганский гладиатор

Крымов собрался покинуть подвал, но вспомнил о просьбе Тимохина, касающейся средств для дистанционного подрыва подставного пещерного склада.

– А где мины? Взрывчатка? Взрыватели?

Ахмад указал на третий подвал:

– Это должно быть там.

Так оно и оказалось.

Майор нашел и провод, и тротиловые шашки, и взрыватели, и «адскую машину». Все это, уложенное в вещмешок, также пошло наверх.

Все бы взять с собой да занять оборону в пещерах. Тогда ни одна банда не была бы страшна. Но... не возьмешь, и так загрузились по максимуму. Тащить-то дополнительное вооружение придется на себе. Ну, еще использовав Ахмада, вот толку от него будет мало, слишком уж слабый, какой-то маленький, тщедушный.

Майор приказал всем подняться наверх. И тут же вызвал Тимохина:

– Третий! Первый! Слышишь?

– Высылаю к тебе Боброва с тем, что ты запрашивал по подрыву пещерного склада.

– И давайте работайте быстрей. Шунко мне еще здесь нужен будет!

– Давай, Саня, у нас сейчас каждая минута на счету!

– Именно так и никак иначе!

Отключившись, майор отправил Боброва в пещеры.

После чего всем офицерам и прапорщикам группы, за исключением старшего лейтенанта Дворцова, контролировавшего подходы к плоскогорью со стороны селения Пахлаб, и Тимохина с Шунко, занимающихся минированием пещерных складов, объявил «общий сбор».

Бойцы сводной диверсионной группы Фергана собрались вокруг командира. Тот довел до личного состава кардинально изменившуюся обстановку в логове Чарани – Пахлабе и сообщил о принятом решении встретить Асадани с Кашниным в кишлаке, после чего прорываться к своим.

Офицеры и прапорщики, выслушав командира, согласились с ним. Крымов разрешил бойцам кратковременный привал среди развалин, выставив два поста с севера и востока. Сам поднялся на крышу второго здания, откуда мог контролировать все плоскогорье, а заодно и решать, как рассредоточить группу для приема Асадани, учитывая то, что главарь банды все же войдет в атакованный кишлак, имея при себе не менее тридцати боевиков, на технике, вооруженный двумя пулеметами. Также Крымов ждал, когда из пещер выйдут старший лейтенант Тимохин с прапорщиком Шунко, последнему предстояло подготовить к взрыву и основные склады. Начало припекать солнце. Над плоскогорьем повисла звенящая тишина. Утренний ветерок прекратился, наступало время нестерпимого зноя, от которого негде было укрыться, даже в тени. Наступило тягостное время нудного, изматывающего нервы ожидания скорого и жестокого боя.

Воскресенье, 17 июня, 13-00. Плоскогорье, расположение полуразрушенного кишлака Тайхук.

Прапорщик Шунко закончил минирование основного склада, протянув провода «адской машины» к позиции Крымова.

Тимохин спросил у командира:

– И что дальше, Вадим?

– А черт его знает, Саня! Посмотрим.