Афганский гладиатор

Прошел полосу кустарника, на выходе опустился на влажную землю, прополз до крайних кустов и оказался прямо напротив второго поста, до которого было метров тридцать, но не было ни балок, ни расщелин, лишь камни да небольшие валуны. Если бы часовые смотрели в сторону арыка, они не пропустили бы приближение Тимохина, но душманы в это время затеяли чаепитие, раздувая почти потухший за ночь костер.

Александр извлек из чехла нож, положил рядом с собой, достал рацию:

Дворцов тут же шепотом ответил:

– Не кричи, на связи!

– Что за вопрос? Жду команды!

– Жди! Недолго осталось.

Тимохин взглянул на часы – 4-43, переключился на командира группы:

– Дворцов готов к отработке первого поста противника, мне потребуется минут пять на сближение со вторым постом. Что у ребят Березича?

– Они у третьего поста! Ждут приказа на отработку. Его отдашь ты, ровно в 4-50. До этого должен сам выйти к своим духам!

Вложив рацию в карман куртки, зажав в руке острый нож, Александр быстро от камня к камню, от валуна к валуну пополз, приближаясь к душманам, раздувшим костер и укрепившим на огне чайник – кунган.

Тимохин добрался до валуна, что лежал в пяти метрах от позиции душманов, в 4-47. Перевел дыхание. Снял автомат, положив на землю, стал следить за стрелкой часов. 4-47; 4-49... 4-50.

– Внимание! Я – Третий! Приступить к ликвидации постов!

И, вскочив в полный рост, бросился к позиции своей цели. Перепрыгнул невысокий каменный бруствер, ограничивающий позицию наблюдения бандитов, и оказался лицом к лицу с ними.

Душманы сидели на корточках, отложив автоматы к брустверу. Появление русского офицера застало их врасплох и на несколько секунд лишило способности не только защищаться, но и осознать объявившуюся ниоткуда угрозу. Этих секунд Тимохину хватило, чтобы выверенным ударом рассечь горло одному из бандитов. Второй, придя в себя и увидев гибель подельника, метнулся к автоматам. Тимохин в прыжке прижал щуплого и физически слабого моджахеда к каменной почве. Действуя автоматически, старший лейтенант схватил бандита левой рукой за глазницы, рванул голову вверх и одновременно полоснул ножом по туго натянутой коже горла душмана, рассекая его до самых позвонков. Убедившись, что нанес смертельный удар и второму духу, Александр приподнялся над бруствером, взглянул на часовых. Те сидели на корточках на своих крышах и курили анашу. Устойчивый аромат сносило ветром далеко по плоскогорью.

– Дворцов! Тимохин! Слышишь?

– Нормально! Трупы духов аккуратно лежат друг с другом у бруствера. Контролирую подходы к плоскогорью и сам кишлак!

– Хорошо! Продолжаем работу! Отбой!

Тимохин переключился на Крымова:

– Первый! Третий! Первый и второй пост сняты!

Командир группы добавил:

– Третий пост тоже уничтожен! Люди Березича отошли к ущелью.