ГКР-8: Грань Забытых Земель

Ну еще я надеялся на появление Акмэра, но не было и намека – хотя на миг мне почудилось, что я узрел на стене грота проявившуюся среди пляшущих теней знакомую шестипалую ладонь с глазом, но стоило присмотреться и она исчезла.

Я перевел взгляд ниже и некоторое время задумчиво смотрел на укутавшуюся в несколько одеял и безмятежно дрыхнувшую Затти. Из вороха ткани торчал только посапывающий нос и пара нервно подергивающихся пальцев ног. Изредка слышалось довольно пугающее хихиканье и бормотание, а еще реже она вдруг вздрагивала, отчего гора одеял нервно колыхалась, а потом снова затихала. Ну она спит и пусть спит себе. Гораздо интересней было наблюдать за ее пыльными сапожками. Наблюдать и задаваться вопросом – а с каких это пор ее обувь вдруг ожила?

Дело в том, что сапожки двигались рядом с ложем хозяйки мелкими шажками, совершая регулярные маршруты от одного конца походной кровати к другому, останавливаясь, поворачиваясь на каблуках – будто осматриваясь – и двигаясь обратно. Шума они почти не издавали – разве что шорох, когда терлись друг о друга, стирая пыль. От низкого входа в грот до спящей девушки было несколько шагов и когда там шмякнулась оземь сбитая хищным корнем проклятая птичка, левый сапог сработал моментально – пролетев эти шаги по воздух, он с такой силой пнул птаху, что та умчалась по пологой дуге с протяжным:

- Пиклу-у-у-у-у-у-у…."

"А сапог вернулся обратно к нетерпеливо притопывающему носком собрату, и они возобновили патрулирование. Этим обувь доказала, что не пародирует стражу, а действительно охраняет свою хозяйку, имеет немалый радиус бдения и обладает достаточной силой, чтобы обезвредить хотя бы мелких монстров.

Я, кстати, тоже находился внутри их радиус действия, но меня сапоги не трогают. Но если попробуют, то я терпеть не стану и утоплю их в раскаленных углях костра. И пусть потом меня утром спрашивают, не видел ли я сапог и что это за горестный дымный запах витает под сводом грота…

Но сапоги меня не трогали, продолжая охранять Затти.

Покосившись на свои почернелые от грязи ноги, я критично осмотрел изодранные в хлам просящие каши башмаки и шепотом осведомился:

- Ну а вы чего не бдите и мой покой не бережете?

Левый башмак промолчал, а от правого окончательно отвалилась подошва и через секунду он облегченно рассыпался облачком праха. Игровая система услужливо сообщила, что я лишился правого «колеса». А я с куда большей задумчивостью смотрел на слегка шевелящиеся на тянущем от входа ветерке частые курчавые волосы на грязной ступне.