Гиперборей

Бухая молотами, пещерника приковали к огромным, как оглобли, железным штырям — те на вершок торчали из сплошной каменной стены.

Туран медленно поворачивал головой, проревел с удивлением в голосе:

— Змея Горыныча... Этот сильнее?

Морш щелкнул пальцами, бросил резкую фразу. Олег разом ощутил все тело: боль, ушибы, разбитые губы, рассеченное лицо. Он попытался шевельнуть руками. Цепи зазвенели, но кисти были прикованы к штырям намертво. Он скривился от острой боли, правый глаз заливала кровь с рассеченного лба, прохрипел:

— Мразь... все предусмотрел...

Морш спустился к нему вниз, внимательно осмотрел и потрогал цепи:"

"— Мы решили использовать эту темницу, когда узнали, что русины Рюрика вышли без него. Неплохо, верно? Признаться, сперва ты нас обставил. Неделю мы ждали выхода войска, потом догоняли, долго рыскали по всему побережью. Путаницу внес и драккар — мы решили, что все погибли и наши проблемы уже решены. Затем долго не могли понять, какой же дорогой пошли... Не самой короткой и безопасной, понятно, — на это не попались, но какой? Пришлось искать по всем направлениям. Потом я сообразил, что надежнее устроить засаду перед самыми воротами Новгорода! Их-то не минуете.

— Первые покушения... — прохрипел Олег, губы еле двигались, — были твои?

— Мои. Семеро Тайных не знали. Они и сейчас не ведают. Не радуйся, ты же знаешь их... Никто не поможет. Я убедил Фагима, что ты опасен. А Фагим сильнее остальных шести, вместе взятых. Мы объединили с ним усилия, и вот ты здесь.

— А Гульча?

Морш засмеялся:

— Гульча?.. Из нее выйдет хороший воин тайной войны. Сама невинность, верно?.. Но самые красивые змейки — самые опасные, ты прав.

Он пошел из темницы, уже на ступеньках остановился, всмотрелся в разбитое лицо пещерника, залитое кровью.

— А не прячешь ли ты чего в рукаве?

Туран грубо сорвал с Олега одежду. Олег плюнул ему в глаза кровавым сгустком. Туран с удовольствием ударил пещерника по лицу. Голову пещерника мотнуло, на стену плеснуло кровью, как из чаши. Олег бессильно уронил голову, обвис на руках. Из разбитого лица побежала струйка крови.

Туран потряс одежду, с недоумением проревел:

— Нету...

Морш поморщился:

— Я не это имел в виду. Ладно, оставь все как есть. Пещерники часто сидят голыми, как животные, в своих норах.

Он сделал в воздухе пассы, задвигались Рюрик и воеводы, застонала Умила. Морш вышел, ушли воины, дверь захлопнулась — толстая, несокрушимая. Слышен был грохот задвигаемых засовов. В стене в железной чаше полыхал смоляной факел.

В мертвой тишине громко расплакался Игорь. Гремя цепями, Умила неловко схватила его, прижала, крупные слезы катились по ее исхудавшему лицу. Асмунд оглядел цепь, он был скован между Рюриком и Рудым, угрюмо молчал. Его огромные кулаки бессильно упали наземь.