Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

Анвар Садат и Менахем Бегин подписали в загородной резиденции американских президентов в Кэмп-Дэвиде два соглашения: «Рамки мирного договора между Египтом и Израилем» и «Рамки мирного урегулирования на Ближнем Востоке», которые привели к заключению в марте 1979 г. в Вашингтоне мирного договора между Израилем и Египтом.

После достижения кэмп-дэвидских соглашений в Багдаде на сессии совета Лиги арабских государств большинство его членов разорвало дипломатические отношения с Египтом и объявило ему бойкот, который продолжался в течение десяти лет. Крайне отрицательно к египетско-израильскому мирному договору отнесся и СССР, руководство которого осудило его как сепаратную сделку с израильской военщиной. Кроме того, Москва была обеспокоена новым охлаждением советско-египетских отношений, поскольку еще в марте 1976 г. Каир в одностороннем порядке денонсировал советско-египетский договор «О дружбе и сотрудничестве» и с января 1977 г. начал активно сворачивать советско-египетское сотрудничество в различных областях, в том числе в военной сфере. Характер советско-египетских отношений не изменился и после того, как экстремистская группировка «братьев-мусульман» в октябре 1981 г. во время проведения военного параде в Каире убила президент А. Садата, и к власти пришел вице-президент Хосни Мубарак, который сохранил прежний проамериканский внешнеполитический курс.

В своей ближневосточной политике Советский Союз отныне сделал ставку на президента Сирии Хафеза Асада, нового президента Ирака Саддама Хусейна и Организацию освобождения Палестины (ООП) во главе с Ясиром Арафатом. Кроме того, негласно Москва поддерживала и новый тегеранский режим, где после январской «революции» к власти пришел режим аятоллы Рухолла Хомейни.

Возросшая гибкость военных доктрин и военно-технические достижения конца 1970-х гг. предопределили возрастание интереса американских стратегов к идее «управляемых конфликтов» и «ограниченных войн» в соответствии с новой доктриной «контрсилы». Хотя советские аналитики и эксперты военно-политического профиля признавали обоснованность логики «взаимно гарантированного уничтожения» и доктрины «контрсилы», официально в СССР эти идеи отвергались. Советская военная доктрина не была официально оглашена, а по смыслу официальных высказываний политиков и военных можно было предполагать, что Советский Союз рассчитывает на победу в гипотетическом ядерном конфликте и считает ее в принципе возможной.

В начале 1977 г., сразу после прихода администрации Дж. Картера, в Вашингтоне приобрела популярность идея «окна уязвимости», высказанная известным американским аналитиком П.