Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Не успев еще ступить на зебру, торможу, потому что в телефоне Леруша:

— Мам, я оставила заявку. Сказали, что взяли в работу. Перезвонят. Все будет в порядке. Мы его найдем, я отматерю и отфигачу полотенцем, а ты потом пожалеешь. Все будет хорошо, мам.

Вдруг, сквозь увещевания Леры, размеренное дыхание и ровное сердцебиение Глеба, до меня доносится трубный ангельский глас, хотя в реальности — всего лишь звонит Кирилл Андреевич:

— Нашли нашу пропажу. Ждите. Минут тридцать и у вас.

И тут я понимаю, что до сих пор держалась лишь на адреналине.

Выдыхаю. Расслабляюсь и… падаю.

[1] ПСО «ЛизаАлерт» — добровольческое некоммерческое общественное объединение, занимающееся поиском пропавших без вести людей

Глава 59

Разбор полетов

'Хочу, чтоб день этот не уходил,

Хочу навечно продлить этот миг.

И не хочу знать, что нас ждёт впереди,

Я просто счастлив с тобой, ты пойми…'

Владимир Захаров «Лишь только солнце развеет печаль»

Все же реакция у Глеба отменная, да и интуиция, видимо, тоже.

То, что я могу рухнуть, он предполагал, поэтому перехватил меня быстро, даже телефон не выронил. А Кирилл Андреевич все это время продолжал оттуда вещать, да.

Никогда даже подумать не могла, что буду так радоваться голосу Кира из динамика:

— Да меня тут Бурый набрал. Спрашивает — не терял ли я кого? Как там было в классике? «Пропал мальчик, зовут дядя Федор…»

— У нас Кот пропал, — хмыкает выдохнувший, но так меня из рук и не выпустивший, Глеб.

Кир нервно смеется:

— Ну, примерно так я и сказал, хотя там, оказывается, еще три кошки приблудились к нашему коту. Но я на всякий случай велел всех к вам тащить.

— Как он потащит? Он же на байке? — уточняет негромко Глеб.

Кир теперь уже откровенно ржет, но совершенно необидно:

— Не волнуйся, папаша. Все будет норм. У него там туса рядом на колесах.

Благослови, Господи, терпение и выдержку Глеба, пока этот самый неведомый Бурый и присоединившийся где-то по пути к ним Кир, транспортировали наших потеряшек до дома, мы вернулись в квартиру, а я еще и успела прорыдаться ему в шею.

Отплакала, оттряслась, умылась, причесалась и выпила новую горсточку таблеток.

Поэтому прибывшую компанию нахохлившихся девиц и злого, взъерошенного Кота встречала условно-адекватная молчаливая мать.

Как потом мне по секрету, через пару месяцев расскажет сын — так страшно ему не было никогда.

Не тогда, когда в лесу изрядно стемнело и стало понятно, что телефоны разряжены, а они не знают ни куда идти, ни откуда пришли.

Нет.

— Самый страх, мам, был выйти из машины и подойти к тебе. Потому что стыдно. Потому что я опять накосячил. И вообще, у тебя же давление, а я вот эт самое. Снова. Кароч, ужасно было. Правда.

Обнялись мы крепко и я от души пожелала никогда больше таких переживаний не испытывать.