Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Согласно киваю и продолжаю планировать:

— Леруша, милая, у тебя есть два дня на решение всех твоих бюрократических вопросов с поступлением. Мне бы, конечно, не хотелось, чтобы ты ехала в Москву до того, как будет выпущен приказ о зачислении, но прекрасно понимаю, что ещё один такой обед Сергеем Владимировичем моя нервная система сейчас не потянет.

Устала я от него.

Поэтому печалюсь, выставляя на стол чайную пару для дочери, заварочник, креманки с вареньем, конфетами, печеньем и сухофруктами.

Малышка моя душераздирающе вздыхает:

— Мам, прости!

— Милая, ты здесь при чём? Ты не отвечаешь за действия других людей — запомни это, — нельзя упускать возможность напомнить, что выбор делает каждый сам.

В том числе и козлина Арсений. И не потому, что она какая-то не такая.

И пока мы с дочерью меланхолично жуем, что под руку попадет, и обжигаемся чаем, кое кто соображает и довольно быстро:

— Мы с Ариной, пожалуй, пойдем прогуляемся перед сном.

Вот не живётся же Глебу спокойно, а? Сидел бы тихо, гладил меня по спине и ниже, жевал пиццу, пил чай.

Но нет."

"— Конечно, маме нужно обязательно сменить обстановку и немножко расслабиться, — пробормотала дочь, не поднимая глаз от чашки.

Явно вспомнила, чем мы тут с ним занимались, когда она пришла ужинать.

Да, это фиаско, мать.

Глебу Максимовичу повторять два раза не надо. Меня тут же, после благословения, настойчиво отправили собираться.

Пока я «пудрила носик», Глеб заглянул к Коту, что-то там у него проверил из свежих заготовок, рожденных коллективным разумом, и выдал ребятам новую вводную на завтра по теории взаимодействия с партнёрами на игровом поле.

Вернулся от Кости довольный, кратко похвалил:

— Талант. Стратегия уже хороша, тактика пока хромает. Поправимо.

Оглядел меня в легком летнем брючном комбинезоне, откровенно облизнулся, приобнял и прошептал:

— Думаешь, этот пояс и пуговицы тебя спасут?

Хмыкнула, и мы пошли гулять.

И догуляли аж до самого первого этажа.

А потом я внезапно оказалась в гостях у Глеба Максимовича.

Глава 52

Держаться нету больше сил

'Миллионы снов и луна в облаках,

Миллионы слов на любых языках,

Это словно падать с большой высоты,

Это всё ты! Это всё ты!'

Максим Леонидов «Знаешь, всё это и есть любовь»

К величайшему моему стыду ничего по поводу планировки квартиры, об обстановке или о каких-то особенных деталях я сказать не могу.

Разве что вот: в прихожей достаточно места, чтобы здоровенный мужик без проблем прижал меня к стене и начал целовать, при этом быстро и судорожно раздевая.

И нет, ни пояс, ни пуговицы были ему не помеха.