Герцогиня-дурнушка

– Наверное, нам следует найти для тебя чашку чая, – сказала Тео.

По какой-то причине – может, из-за той странной встречи с ним у нее в спальне накануне днем? – ей стало трудно думать о Джеймсе как о старом друге, с которым можно откровенничать на любые темы. Он был невероятно красив и обладал утонченной элегантностью своего отца, но его подбородок казался более волевым, а глаза смотрели спокойно и уверенно даже сейчас, когда он был под хмельком.

Внезапно его лицо склонилось над ней, и Тео в испуге воскликнула:

Но нет, вместо этого Джеймс сделал такое, чего она никогда не могла даже вообразить. Он поцеловал ее.

«Какие у него удивительные губы», – промелькнуло у Тео. А впрочем, откуда ей знать, какие губы должны быть у мужчины? Ведь это был ее первый поцелуй… И все же он очень отличался от тех поцелуев, которые она рисовала в своем воображении.

Она представляла себе поцелуй как нежное прикосновение одной пары губ к другой. Однако то, что произошло сейчас, совсем не походило на это. Возможно, потому, что его язык при этом скользнул ей прямо в рот, что было весьма необычно и в то же время очень интимно. По правде говоря, поцелуй этот являлся сочетанием того Джеймса, которого она знала, с каким-то другим Джеймсом, совершенно ей не знакомым. С необузданным Джеймсом. С возмужавшим Джеймсом. Как странно…

Внезапно колени у нее подогнулись, а руки невольно обвились вокруг его шеи. Джеймс тотчас отступил от стены и, обнимая ее за талию, прижал к груди.

– Поцелуй меня в ответ, – потребовал он низким звучным голосом.

– Ты совершенно пьян? – спросила Тео. – Что ты творишь?

– Ты моя, Дейзи, – глядя на нее в упор, пробормотал он, тяжело дыша. В глазах же его пылало чувство, которое Тео не сумела определить, но которое мгновенно вызвало у нее дрожь во всем теле.

Она о чем-то заговорила, но он снова склонил к ней голову, молча требуя поцелуя. Однако проблема состояла в том, что она не была уверена, что сумеет это сделать. И в то же время ей отчаянно хотелось сделать для него все, чего бы он ни попросил. Поэтому она прижалась к его губам и коснулась его языка своим. Тео ожидала, что будет неприятно, но вместо этого…

Смутно она понимала, что ей следовало бы рассмеяться или оттолкнуть его. Или же позвать на помощь. Ее мать – не говоря уже о принце Уэльском! – находилась всего в нескольких футах от нее, по другую сторону ширмы.

Ох, наверное, ей следовало бы дать ему пощечину – вот что сделала бы благовоспитанная юная леди, если бы ее схватил пьяный необузданный джентльмен и поцеловал прилюдно. Или наедине – не имеет значения.

Но ей хотелось снова и снова ощущать вкус Джеймса, хотелось чувствовать тот жаркий огонь, который растекался по телу при его поцелуе.