Герцогиня-дурнушка

– Да, верно, – согласился Джеймс, и чувство безграничного умиротворения наполнило его сердце.

– Тебя ведь могли убить, когда ты освобождал рабов, – заметила Тео. На лице ее появилось необычайно торжественное выражение, и она добавила: – Я горжусь тем, что я твоя жена.

Джеймс рассмеялся, привлек жену к себе и впился страстным поцелуем в ее губы. Когда же они оба начали задыхаться, он чуть отстранился и сказал:

– Дейзи, когда занимаешься любовью, совсем не обязательно делать то, что тебе не нравится. Потому что есть много такого, что тебе понравится.

– Тебе понравилось, как я ласкал тебя в ванне? – спросил Джеймс, немного помолчав.

К его удивлению, жена с улыбкой ответила:

– Только идиотке не понравилось бы.

– И тебе нравится целовать…

– Тебе снова повторить, что я не идиотка? – перебила Тео.

– Я больше никогда не попрошу тебя расхаживать по дому без панталон, – сказал Джеймс.

– А почему ты просил меня об этом? – Тео смотрела на него с неподдельным любопытством.

– Я безумно желал тебя. И меня опьяняло сознание того, что ты отвечаешь мне взаимностью. Мной овладела довольно странная идея… Я решил, что мы будем заниматься любовью повсюду – на лестнице, в буфетной, на подоконниках… И это было бы гораздо легче исполнить, если бы на тебе не было панталон. Нужно было бы просто задрать твою юбку. Глупо, конечно, но о подобных вещах мечтает каждый молодой человек.

Палец жены снова стал скользить по его татуировке, и это было очень приятно, однако же… Джеймс начинал чувствовать, что теряет рассудок. Сделав над собой усилие, он попытался обуздать свое вожделение, так как понимал: если Тео почувствует, как он возбужден, она тут же выскочит за дверь.

– Каждый молодой человек?… – переспросила Тео, нахмурившись.

Джеймс кивнул и тут же сказал:

– И еще мне хотелось поцеловать тебя в твое сладкое местечко. Черт, я хотел поцеловать там и Беллу, но она никогда не разрешала. Но ты, Дейзи, гораздо лучше, чем она. Ты вся такая мягкая и розовая и такая приятная на вкус…

– Не Дейзи, а Тео, – поправила она, но в голосе ее звучала нежность.

– Ты должна помнить, что мне тогда было всего лишь девятнадцать, и я представления не имел о том, что делают и чего не делают женатые пары, пока мой отец не сболтнул. Мужчины редко говорят о подобных вещах. К тому же я был не из тех, кто заводит близкую дружбу с другими мальчиками.

Тео молча кивнула, а Джеймс продолжал:

– Но поверь, я бы никогда не попросил тебя о том, что могло бы тебя унизить. А когда ты предложила поцеловать меня в библиотеке… О, это был самый сладостный момент в моей жизни. Мне и в голову не пришло отказаться. Я бы разделся посреди Кенсингтон-сквер, если бы ты меня об этом попросила.