Герцог на счастье

Так что в следующие несколько минут я узнала кое-что новое о личной жизни моего мужа.

Оказывается, у него была кормилица. Неудивительно. Здесь, в этом мире, все было так же, как в моем когда-то в девятнадцатом веке. Знатная дама рожала супругу наследника и считала свой долг исполненным. Она передавала ребенка на попечение кормилицы, а сама погружалась в собственную жизнь. Поэтому вырастившая наследника женщина очень часто становилась ему роднее собственных родителей.

Кормилица Кеннета жила в его поместье где-то в провинции и до недавнего времени ничем не болела и никому была не нужна. Но управляющий поместьем, написавший это письмо, уверял, что женщине внезапно осталась от силы пара дней, и вскользь намекал на отравление.

— Откуда ты знаешь, что это правда? — первым делом осведомилась я. — Вдруг известие ложное, специально, чтобы выманить тебя из города или, наоборот, заманить в ловушку?

— Возможно. Но даже если ее специально отравили, я могу попытаться ей помочь. — Кеннет старался, но полностью контролировать свои эмоции не мог. — Универсальное противоядие доступно только очень богатым людям, и…

— Так пошли туда Гаспара с противоядием. Это логичнее.

— А если там ловушка? Подставить Гаспара?! — Кеннет безнадежно махнул рукой. — Даже не спорь. Я еду…

— О соглядатаях ты уже забыл?

— Они не станут мешать мне покинуть столицу. Вот вернуться — могут. Но я что-нибудь придумаю…

Придумает он что-нибудь! Я была почти на сто процентов уверена, что это все подстроено для того, чтобы разлучить нас с Кеннетом. Он уезжает, я остаюсь. И все. Нам больше не дадут встретиться, пока не истечет отведенный на венчание срок или пока принц не умрет.

— И ты хочешь поехать один, зная это?! — У меня в голове не укладывалось.

Мне достался в мужья или слишком благородный мужчина, или полный идиот. Но на идиота Кеннет похож не был, значит, поддавался здравым аргументам. Надо лишь подобрать правильные слова.

— Пойми. Если мы поедем вдвоем, нас наверняка попытаются задержать, чтобы помешать вовремя обвенчаться. А одного меня выпустят.

— И не впустят обратно, — закивала я. — И что?! Свою кормилицу ты, возможно, спасешь. Но ты уверен, что после того, как мы оба окажемся на виселице, твой друг принц в могиле, а Анетта на троне, эту женщину не выкинут умирать на улицу?

— Никто не окажется на виселице! — не на шутку разозлился Кеннет. — Я придумаю способ… — тут он замолчал, посверлил взглядом точку в стене и вдруг хитро усмехнулся. — Ты же все равно не отпустишь меня одного?

— Даже не мечтай. — Я с подозрением уставилась на мужа, явно что-то задумавшего.

— Тогда давай всех обманем. Я, убитый горем, отправлюсь в карете, предъявлю письмо. Меня наверняка обыщут, так что никаких браслетов провезти не удастся.