Герой моих грез и кошмаров

– Итак, моя дорогая, что происходит? Чем ты разозлила моего сына?

И столько было доброжелательности в ее тоне, что я… что вся моя злость лопнула мыльным пузырем. Я все рассказала, надеясь найти поддержку.

Увы, мать Алистера думала так же, как и он.

– Он справится сам, ты лишняя там точно. Наше с тобой дело – ждать и не создавать новых проблем. Сейчас попьем мой любимый чай и поговорим о жизни.

– Леди Брикойль, вы не понимаете…

– Еще как понимаю, – доброжелательно улыбаясь, перебила меня блондинка. – Ты ведь веришь моему сыну? Тогда расслабься и жди. И да, можешь называть меня Сабиной. Я тоже переживаю, как там мой внук и Лил… Хорошая девочка, кстати, нужно будет подобрать ей достойного жениха после обучения, если сама не найдет.

Речь матери Алистера напоминала журчанье лесного ручья – успокаивающая, мелодичная. И я послушно присела возле журнального столика и даже выпила чаю, щедро приправленного успокоительными каплями.

Уже почти не трясло, когда я вдруг осознала одну странную вещь.

– Сабина, а ведь вы совсем не удивились, что у Алистера есть сын.

Женщина мило улыбнулась.

– Тебе показалось, дорогая.

И взгляд такой добрый и невинный… Вот же леди, врет и не краснеет.

– Когда вы поняли, что Оливер его сын? А главное, как?

Юлить Сабина не стала.

– Родимое пятно в виде парящего ястреба передается по мужской линии в роду Велдон.

– Но у Алистера такого нет!

Я прикусила губу после компрометирующего заявления. Вроде взрослые и самостоятельные люди, даже общий ребенок есть, а мне почему-то неловко.

Сабина не заметила мое смущение или же не считала неприемлемым интимные отношения до благословения в храме.

– Зато у него много шрамов, которые и закрыли ястреба.

Она права. Демоническая метка раба сильно «почеркала», исковеркала кожу на спине чародея.

– Окончательно я убедилась, когда провела магический анализ крови, взятой с салфеток.

Вспомнилось, как она их собирала, чтобы не травмировать видом пострадавшего. Невероятно хитрая, продуманная женщина.

– Оливер – мой внук, и я благодарю за это небо каждый день.

Глаза у новообретенной бабушки подозрительно блестели, и я уткнулась взглядом в пустую чашку.

Время тянулось безумно медленно – я успела изучить узор ковра в кабинете.

Уверившись, что я не наделаю больше глупостей, Сабина иногда ненадолго уходила к гостям, которые все так же оставались в неведении о случившемся. В очередной раз мама Алистера заглянула в кабинет с предложением вернуться в зал вместе с ней.

– Я лучше побуду здесь, не могу видеть чужое веселье.

Уход именинника, похоже, даже не заметили.

– Поверь, среди людей легче ждать, время течет быстрее.

– Возможно, но у меня нет такого самообладания, как у вас, – гости поймут, что что-то произошло.