Героиня по вызову 3

Молчаливых инициатов Ордена, действующих словно роботы. И мозаика наконец сложилась.

— Ты хочешь изменить речь затем, что получившиеся в результате люди будут безмолвно исполнять твои приказы. Ты хочешь опутать весь мир паутиной беспрекословного повиновения, лишить людей свободы воли. И вырезать всех, на ком твоё чудовищное колдовство не сработает. Это твой план?

Девочка снова засмеялась:

— Нет, глупышка. Это только подготовка. Мой план настанет после.

— Когда у тебя в руках будет целый мир бездумно поклоняющихся тебе фанатиков, — я сжала кулаки, — которые исполнят любую твою прихоть. И в чём же эта прихоть?

— А вот это, дитя, станет известно тебе лишь когда ты примешь меня как единую богиню и подчинишься моей воле, — покачала головой женщина.

Я прикрыла глаза, досчитала до трёх и открыла. Произнесла так спокойно, как могла:

— Ты рехнулась нахрен?

— Что? — раздался унисон трёх голосов.

— Ты хочешь превратить население всего мира в своих рабов и надеешься, что я помогу? Ты совсем идиотка, или как?

— Я смотрю, преподанного тебе урока было недостаточно, Саша, — холодно произнесла Женщина, — ты так и не научилась покорности.

— Той покорности, которую ты от меня ждёшь, я никогда не научусь, — прошипела я. И вдруг, вспомнив виденный во сне жест произнесла, — Хау, я отвергаю тебя и клянусь, что приложу все силы, всю данную мне власть для того, чтобы выпить тебя и навсегда изгнать из этого мира. Я не успокоюсь, пока не обрушу все твои планы, не уничтожу всех твоих слуг и не сделаю так, что никто и никогда в этом мире больше не будет тебе поклоняться. Это моё обещание.

Я подняла руку, на которой загорелся магический символ моей клятвы.

Три лица взревели в бешенстве:

— Мелкая тварь. Знаешь сколько подобных тебе я раздавила за все циклы этого мира? Ты бросаешь вызов богине перерождения в годы окончания цикла, когда моя сила на пике? Что ж, да будет так. Я тебя уничтожу!

Три лица взлетели выше, обрушив на свою аватару потоки маны. Я выхватила меч. Видимо, разговор закончен. Бросила в светящуюся жрицу «луч тьмы» и прыгнула вперёд. Заклятье разбилось о кокон света, после чего богиня ответила.

Поток ослепляющего огня встретил меня в прыжке, откинул назад. Столб пламени пригвоздил к потрескавшемуся полу башни. Я закричала, когда сталь лат раскалилась добела, чувствуя, как священное пламя прошло сквозь доспехи, сжигая мою кожу и плоть.

— Познай силу той, кому дерзнула бросить вызов! — пророкотал унисон голосов.

Я лежала на земле, пожираемая пламенем богини. И меня пронзила ярость, а с ней пришла мысль, чистая и незамутнённая как горный лёд: я не имею права позволить этой твари существовать. Собрав все силы, не обращая внимания на боль, я опёрлась мечом о пол и начала подниматься.