Героиня по вызову 2

— А у меня есть выбор?

— Выбор всегда… есть… дитя… и сейчас ты можешь… согласиться… на большее… чем готова… будешь принять…

— Хороший вопрос, — улыбнулся сенешаль, естественно не услышавший голосов Хора, — как и любой сложный выбор, он что-то даст, а что-то отнимет. Готова ли ты к этому?

Я промолчала, но через десяток секунд кивнула.

— Оставьте нас, — сказал Винсент и его глаза странно блеснули.

Иоланта тут же встала, даже не озаботившись доставанием из моего плеча иглы и хирургических инструментов и вышла из комнаты. Тиниэль нахмурилась и вонзила взгляд в мужчину.

— Я не наврежу ей, — ответил тот.

— По крайней мере ты так считаешь, — заметила она, — но этого недостаточно.

— Пожалуйста, Тина, у меня правда нету выбора, — я сжала её ладонь, — если у Винсента есть решение и он готов его сказать, я готова остаться с ним наедине на некоторое время.

Тиниэль вздохнула, наклонилась ко мне и поцеловала в губы, потом встала и сказала:

— Я буду неподалёку, зови если что, — и после этого покинула комнату.

Когда за ней закрылась дверь, я вздохнула и произнесла:

— Ладно, Винсент, не очень понимаю ваши странные наклонности, но давайте обойдёмся только моим ртом, а то всё остальное слишком болит, — я начала расстегивать пуговицы на рубашке, в которую меня облачили.

Сенешаль меня остановил:

— Забавно. Ты подумала, что я попросил их выйти для того, чтобы воспользоваться тобой? Нет, дитя, всё несколько сложнее.

— О чём вы? — спросила я, только сейчас замечая какие у него красивые глаза: оранжевые искры в них переливались с лиловыми как язычки колдовского пламени.

— Ты скоро поймёшь, — голос Винсента раздался словно с другого конца большой зала, — иди ко мне…

Я встала, закрыла глаза и сделала шаг.

***

Почувствовав, что брусчатку сменил песок, я остановилась и подняла глаза. Край неба стал розовым, предвещая скорый рассвет, и я даже прищурилась от необычайно ярких лучей, а потом перевела взгляд на импровизированную арену, по сути, просто песчаную площадку у набережной за зданием театра. Там уже стоял мой визави, переодевшийся в свободную светлую рубаху и тёмно-серые штаны, заправленные в высокие сапоги из мягкой кожи. На широком поясе висели ножны, из которых он при моём приближении извлёк длинный меч и фыркнул:

— Шлюха и есть шлюха. Ты бы хоть оделась.

Я взглянула вниз и выяснила, что кроме украшений на мне ничего нет, даже пояса с мечом. Обратившись к кольцу я извлекла из скрытого пространства гномий клинок, вытащила из ножен и взмахнула для проверки. Вроде легче стал, чем был раньше, нет?

— Подними руку, — мой голос показался мне странным, точно также, как и рука, которую я подняла первой, обратив тыльной стороной к противнику.

Тот хмыкнул и повторил мой жест.