Герой

Наоборот, когда я задумался над этим и прислушался к своим чувствам, то ощутил лишь умиротворение. Оно было таким сильным, что я даже поневоле улыбнулся. Вот уж не думал, что мне так приятно будет находиться в шахте. Но тут же я ощутил страх, только явно не свой, и спросил Шандара:

– Ты чего трясешься?

– Никогда не любил темноту, – шепотом ответил гвардеец.

– Так чего же ты со мной поперся? Зачем было себя насиловать?

– Это мой долг, – ответил Шандар.

– Должник, твою мать, – пробормотал я.

Кабина была примитивной – деревянный каркас и перила до пояса. Я перегнулся через них и глянул вниз, но даже сейчас дна рассмотреть так и не смог: слепил свет лампы начальника. Можно было бросить что-нибудь, чтобы по звуку определить расстояние, но ничего типа камешка с собой я не захватил, поэтому решил просто подождать. Ведь если бросить монетку, то начальник может меня не совсем так понять.

– А вы уже бывали в шахтах, ваше высочество? – спросил Дежин.

– Нет, впервые, – ответил я.

– Странно, – пробормотал начальник.

– В первый раз немногие могут сохранить хладнокровие, опускаясь так глубоко, а вам, как я вижу, происходящее даже нравится, – пояснил гном.

– Я и сам этому удивляюсь, – сказал я в ответ и снова улыбнулся, прислушавшись к себе.

Наконец кабина достигла дна. Мы вышли из нее и огляделись. Колодец заканчивался пещерой, из которой вели три хода. Дежин поманил нас в средний и по дороге стал рассказывать:

– Здесь залегает одна из последних относительно богатых жил, но работать тут совершенно невозможно, потому что весь свод может рухнуть в любой момент. Вот смотрите, эти распорки тут всего четыре месяца, но на них уже появилась плесень. А эта крепь… Вот, поглядите. Скоро она должна просто треснуть пополам, потому что у нас нет материалов, чтобы распределить вес равномерно…

– Это здесь погибли шахтеры? – спросил я, ковыряя дерево пальцем.

Действительно, оно уже превращалось в труху.

– Нет, это случилось в другом штреке, а здесь отказываются работать даже самые смелые, и я их прекрасно понимаю.

– А стоит ли долбить камень именно здесь? Может, лучше вообще бросить этот колодец и завалить его камнями?

– Нет, это единственный подход к жиле. Если начать работать в другом месте, на то, чтобы достигнуть нужного уровня, уйдут многие месяцы, если не годы.

Мы шли все дальше. Я заметил, что туннель становится все более неровным, в конце вообще не было никакого дерева, только голый камень. Похоже, на этой шахте действительно не хватает средств, раз рабочие стремятся экономить на каждой мелочи.

– Ладно, я понял вашу ситуацию, обещаю над ней подумать, но окончательное решение приму, только когда увижу расчеты.

– Спасибо и на этом, ваше высочество, – ответил Дежин. – Тогда пойдемте назад.