Герой

Только она совсем не про меня, потому что, по моему глубокому убеждению, это не я нахожу неприятности, это они сами меня находят!

Мирин так и не нашелся что сказать в ответ, а вскоре мы пришли, куда нужно. Оказалось, что всех раненых и обожженных в уличной схватке положили на лежанки в большой комнате на первом подземном уровне, поручив их заботам трех королевских лекарей, которые сейчас старательно делали перевязки, мазали ожоги какой-то дрянью, короче – помогали в меру своих сил. Никаких магических способностей у них не наблюдалось, поэтому уровень этих светил медицины я определил как знахарский. Особенно после того, как один из них начал ковыряться в ране грязными щипцами, стараясь извлечь из тела кусок острого камня. Видно, ни о какой дезинфекции здесь никогда не слыхивали. Что ж, будет время, прочитаю им пару лекций о заражении крови.

К моей радости, мешочек с приобретенными травами также оказался тут, поэтому я незамедлительно приступил к изготовлению лимэля. Еще никогда в жизни я не делал целебную жидкость так быстро, но мне очень помогала Алона, которая немного разбиралась в травках. Мирин же, увидев количество раненых, которых только начали доставлять из храма, предпочел сбежать под предлогом того, что ему хочется поприсутствовать на допросах церковников. Ну и демоны с ним! Мне и одного помощника хватит.

Когда через несколько часов у меня получилось около ведра целебной жидкости, я остудил ее и сразу же выпил целую кружку. Она принесла мне громадное облегчение, но взрыв в организме не смог прогнать жуткую слабость. Из последних сил я отнес лимэль в комнату к раненым, количество которых слегка сократилось. Оказалось, что у одного гнома с обгоревшим лицом не выдержало сердце. Машинально отметив, что если бы сразу отправился сюда, а не рассказывал о своих похождениях родственникам, вполне возможно, и этого гнома удалось бы спасти, я ровным счетом ничего не почувствовал. Нет, если бы я отвлекался на жалость, то не стал бы после неудачной засады отправляться в храм, поэтому просто отметил, что трупов на моей совести стало еще на один больше. Ну и ничего! Моя совесть выдержит еще и не такое!

Я приказал лекарям не мешать и вместе с Алоной стал распределять лимэль по пострадавшим, стараясь, чтобы всем хватило. Обожженным давали выпить много, ну а тем, у кого оказались ушибы, переломы или царапины, по нескольку глотков. Где-то на втором десятке кружка выпала из моих ослабевших пальцев, а наклонившись, чтобы ее поднять, я неожиданно полетел в черноту. Ощутив, что рядом со мной возникла темная фигура, я улыбнулся и сказал подруге:

– Привет.