Герой

А после этого слуги принесли вино. Я пил мало, а Алона вообще не притронулась к своему бокалу. Когда же я шепотом поинтересовался, отчего бы это, она ответила, что Керреш совсем не употребляет алкоголь и считает его вредным для ума, поэтому сестренка следует его мудрому примеру. Удивившись, я мысленно поставил парню еще один жирный плюсик в характеристику. Когда же, наконец, вино было выпито, а вопросы присутствующих ко мне исчерпались, король пожелал всем хороших снов и степенно удалился. За ним ужин покинул Мирин, а потом все остальные стали расходиться, прощаясь со мной. Не знаю, что скажет мне Шаракх, но, по-моему, все прошло более-менее пристойно и гости остались довольны. Некоторые старики даже улыбались, а один вообще заявил, что давненько не встречал такой искренней непосредственности, и пожелал мне удачи.

Когда все покинули зал, где проходил ужин, мы с Алоной направились в противоположную сторону. Первым делом, оказавшись в безлюдном коридоре, сестренка отвесила мне подзатыльник и возмущенно воскликнула:

– Алекс! Ты что устроил?

Я почесал макушку и невинно поинтересовался:

– Мало того, что ты не придерживался ни одного правила этикета, так еще умудрился обидеть главного архитектора, финансового советника, двух уважаемых глав и напоследок опозориться перед всеми присутствующими!

– Явиться в дырявой обуви! Я слышала, как все гости шептались между собой, что новый принц настолько не следит за внешним видом, что ходит в старых сапогах! – гневно воскликнула Алона.

– Извини, у меня только одна пара, – огрызнулся я. – Завтра пойду и закажу себе новые, чего по этому поводу переживать-то?

– Алекс, ты невозможен! Нет, я подозревала, что будет нечто подобное, но не знала, что все окажется настолько плохо. Это позор для всей нашей семьи!

Она схватила меня за руку и потащила вперед.

– Куда мы идем? – осведомился я.

– К папе, – ответила сестренка. – Он приказал привести тебя после ужина. Готовься, он устроит тебе такой разнос, что со стыда сгоришь!

Да щаз! Чтобы заставить меня просто покраснеть, нужно приложить поистине титанические усилия, так что мне было даже интересно, что скажет король. Дойдя до знакомой комнаты с мягкими креслами, мы с Алоной открыли двери, и я тотчас понял, что разнос отменяется. Войдя, я обнаружил все ту же компанию – Мирина, Шаракха и Шаринона. Его величество смеялся, Шаринон улыбался, а Мирин, вытирая слезы, рассказывал командиру гвардейцев:

– Нет, ты представь.