Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Судно между тем продолжало стремительно нестись вперед, крики палача стихли где-то далеко за кормой.

Первой очнулась герцогиня. Она поднялась с палубы, брезгливо отряхнулась и проговорила:

– Видно, сам великий Таранис велит сохранить жизнь этому человеку.

– Туда ему и дорога, – холодно ответила герцогиня и удалилась в каюту.

Экипаж корабля, как и все моряки, живущие среди могучей и необузданной стихии, то есть на грани жизни и смерти, был крайне суеверен. Они, опасливо поглядывая на небо и море, без лишних слов разбрелись по своим местам. То же самое сделал и Рюрик.

Потянулись томительные минуты ожидания. Что теперь ждет его? Что надумает эта жестокая и сумасбродная женщина? Как сложится судьба его воинов? Куда направляется флотилия кораблей, не увезет ли она их в такие отдаленные места, откуда трудно, а может, и невозможно будет вернуться?

Начался дождь, грохотал гром, судно мотало из стороны в сторону. В каморке переносить шторм оказалось еще мучительнее, чем снаружи. Толчки были настолько сильными, что, как он ни пытался удержаться за прибитую к стене лавку, его кидало с такой силой, что отрывало от лавки и бросало на противоположную стену. Чуть он пристраивался поудобнее, надеясь выдержать удар с этой стороны, как толчок следовал совершенно с другой, и он снова со всей силой стукался о стенку…

Измученный, он лег на пол и почти не сопротивлялся стихии; его катало, мутузило, колошматило и колотило. Наконец буря утихла, и он незаметно для себя уснул чутким и беспокойным сном.

Утром его разбудил матрос и пригласил в каюту герцогини. Светило яркое солнышко, по морю бежали мелкие волны, гладь его была спокойной и умиротворенной, будто и не бушевала вчера дикая стихия, не ревели волны и судно не взлетало ввысь и не ныряло в бездну…

Каюта герцогини оказалась небольшой, но уютной. Посредине ее к полу был привинчен столик изящной работы, вокруг него стояли четыре аккуратных табуретки, стены и потолок отделаны буковым деревом.

При его входе герцогиня приветливо улыбнулась и жестом пригласила к столу.

– Прошу, князь. Угощайся скромной морской пищей.

Рюрик не ел целые сутки, поэтому с жадностью накинулся на сырокопченый окорок, жареную треску, запивая виноградным вином.

Герцогиня с улыбкой смотрела на него и, когда он насытился, сказала с удовлетворением:

– Ешь ты хорошо. Терпеть не могу жеманных и капризных в еде.

– Благодарю, герцогиня, – сказал он не спуская глаз с остатков еды. – Все было очень вкусно.

– А я тебя обрадую, князь! – сказала она веселым голосом. – Мои суда нашлись. Никто их действительно не топил. Просто отбились во время шторма, а сейчас вернулись.