Герметикон

Сложенная из песчаника твердыня располагалась в самом центре города и стала своеобразным памятником паранойе первых колонистов — крепость никогда не осаждали, не штурмовали, другими словами, не использовали по прямому назначению. На заре Конфедерации в тесных помещениях крепости заседало правительство и сенат Приоты, однако при первой же возможности чиновники сбежали в новенький Дом правительства, вернув угрюмое сооружение военным.

Теперь, в дни войны с Ушером, в крепости разместился Генеральный штаб, и именно в кабинете его начальника, генерала Ере Селтиха, встретились люди, от решений которых зависела судьба Приоты: сам Селтих, облачённый в бирюзовый с золотом мундир высшего офицера, консул Кучирг — глава исполнительной власти, и Абедалоф Арбедалочик, представляющий всемогущую Компанию — хитроумного союзника, втянувшего Кардонию в братоубийственную войну. Компания открыто поддерживала Приоту, и присутствие Абедалофа в кабинете начальника Генерального штаба не было тайной.

— Я прогнозировал потерю Оскервилля, а потому она не стала фатальной, — уверенно произнёс Селтих, тыча указкой в провинившийся город. — Плохо, конечно, что мы потеряли переправу на пять дней раньше, чем ожидалось, но это война.

— Мы потеряли не только переправу, но и те части, что не успели покинуть левый берег, — желчно добавил Кучирг. — Сколько их было?

Высокого и тощего консула раздражало в молодом генерале всё, то есть — абсолютно всё. Кучирг ненавидел напомаженные волосы и самодовольную улыбочку, вечно игравшую на полных губах Ере, бесился при звуках тонкого, совсем не мужественного голоса, но главное, не мог простить Селтиху обращение ""командующий"", которое начальник Генерального штаба себе присвоил. Конституция закрепляла должность главнокомандующего за Кучиргом, однако смещение предыдущего консула, Махима, случилось в разгар вторжения, и Селтих, с подачи Арбедалочика, получил в неразберихе всю полноту военной власти. Которую не спешил возвращать законно избранному главе государства.

— Большинство застрявших на левом берегу частей отправилось на север, чтобы присоединиться к подразделениям, обеспечивающим оборону на линии Бранисор — Хома, — с прежним хладнокровием отозвался командующий. — Потери допустимые.

— Эта линия надёжна? — осведомился Абедалоф, прежде чем Кучирг задал свой вопрос.

— Сейчас мы закрываем только основные дороги, но есть ещё неделя — раньше волосатики не придут, так что мы успеем основательно вкопаться в землю.

— Волосатики оказались у Оскервилля на пять дней раньше ожидаемого, — зло напомнил консул.

— Оперативный отряд, — уточнил Селтих.