Герметикон

— Ты шутишь?

— Нет.

— Вот ведь клоун!

— Клоун, — согласилась Лилиан. — Но при этом Помпилио позволил кардонийцам сохранить лицо.

— То есть?

— Антонио мог расценить арест брата как личное оскорбление со всеми вытекающими последствиями: резкие ноты, разрыв отношений и демонстрация силы… А лингийцам есть что продемонстрировать.

— Да уж. — Фредерик почесал кончик носа, представил доминаторы над Унигартом, не один, как во время выставки, а штук десять, и почесал снова.

— А благодаря Помпилио выходка Дагомаро превратилась в милую шутку, о которой долго будут рассказывать анекдоты в светских салонах: пять комнат, прислуга, обеды из ""Маяка"". Помпилио дал понять брату, что не против подыграть консулу и отношения между Кардонией и Лингой не испортятся. Во всяком случае, не из-за этого.

— Как все сложно, — вздохнул Фредерик.

— Проще, чем кажется, — рассмеялась Лилиан.

— Я не политик.

— С опытом придет.

— Лысый Кахлес даже в детстве разбирался в этих головоломках лучше, чем я сейчас, — уныло признал дер Саандер.

— Но лысый Кахлес сидит в тюрьме, а ты готовишься к триумфу. — Лилиан погладила мужа по щеке. — К первому в своей жизни триумфу.

— Который стал возможен лишь благодаря тебе.

— Нет, — тихо ответила молодая женщина. — Это наш триумф, твой и мой.

— Я люблю тебя, Лилиан.

— Я…

Лимузин остановился у ступеней Дворца, и ответ молодой женщины потонул в гомоне толпы.

Которая, как обычно, состояла из репортеров и зевак.

Довольно большая и шумная толпа, отвлекающая на себя все внимание полиции. Люди плотно облепили ограждения и громко кричали, надеясь услышать ответы:

— Вы еще верите в успех переговоров?

— Почему вы не уехали?

— Будет ли война с Лингой?

Лайерак не слышит вопросов, но представляет их. И улыбается.

Остальные каатианцы давно прибыли, ожидают посланника во Дворце, по лестнице торопливо спускается парочка мужчин в сюртуках Дипломатической службы, но их можно не брать в расчет. Настоящие противники внизу: четверо телохранителей, успевших окружить роскошную ""Колетту Витарди"", да десяток полицейских. Полицейские сосредоточенны и хмуры: им уже рассказали о покушении на Махима. Полицейским имеет смысл утроить бдительность, но толпа мешает. Полицейским кажется, что опасность может прийти из толпы.

В принципе, правильно кажется.

Лайерак улыбается.

Полицейских и телохранителей в три раза больше, чем солдат свободы, но это ничего не значит: они уже проиграли. Потому что Огнедел твердо решил выиграть эту партию.

Лайерак встает из-за столика летнего кафе и неспешно движется к Дворцу. Лайерак выглядит заурядным зевакой, и лишь объемистый саквояж в левой руке немного выбивает его из образа.