Герметикон

— Мы дали слово, — напомнил Феликс.

Хвастун ответил вожаку задумчивой улыбкой.

Он никогда не скрывал от друзей, что любит деньги. Именно деньги — золотые и серебряные монеты, — а не удовольствия, которые можно на них купить. Выросший в нищете Хвастун тратился весьма экономно, предпочитая откладывать заработанное на ""черный день"". Теперь он почуял гуляющий по Заграте запах шального золота, и Феликс опасался, что жадный помощник может выйти из-под контроля.

— А чем ближе хаос, тем выше цена безопасности, — почесав подбородок, продолжил Хвастун. — Еще дня три, и мы удвоим наш доход. А то и вовсе сорвем куш.

— Какой еще куш? — поинтересовался Эдди.

— Откуда я знаю? — Хвастун весело посмотрел на Феликса. — Если здесь полыхнет, как на Менсале, то умные и умеющие стрелять парни могут покинуть Заграту миллионерами.

Стать миллионером Хвастун мечтал с детства.

Из переулка, в который ушел мальчишка, донеслось шесть выстрелов подряд — Маленькому Джо надоело долго целиться, и он взвинтил темп.

— Главное — не увлекаться, — рассудительно заметил Вебер. — Сейчас мы считаемся честными наемниками, и я не хочу переквалифицироваться в бандиты.

— Я тоже. — Хвастун вновь улыбнулся. — Но если речь пойдет об очень больших деньгах…

— Ты все равно постараешься не натворить глупостей, — перебил помощника Феликс. — Ведь так?

Грань между наемником и бандитом гораздо тоньше, чем могло показаться со стороны, а многие обыватели и вовсе ее не замечали, однако она все-таки была. Вебер не считал себя святым, ему доводилось забегать на ту сторону, однако он всегда соблюдал осторожность, прекрасно понимая, что репутацию теряют только один раз. Ошибешься, прослывешь уголовником, и ворота в Химмельсгартн захлопнутся навсегда.

— Ты ведь не натворишь глупостей? — с обманчивой мягкостью повторил Вебер.

Хвастун понял, что заигрался, что осмелился поставить под сомнение авторитет вожака, и быстро сдал назад:

— Ты ведь знаешь, что можешь мне доверять, Феликс, — ответил Хвастун, глядя Веберу в глаза. — Золото золотом, но подставлять вас, братья, я не собираюсь.

Эдди, Длинный и Би заметно расслабились.

— Вот и хорошо. — Феликс улыбнулся и взялся за окорок. — Сегодня я встречаюсь с Форманом. Уверен, у него есть для нас работа.

* * *""Чтоб их в алкагест окунуло, гаденышей! Всем известно, что адигены живут по каким-то своим, недоступным нормальным людям законам.