Герметикон

И только благодаря этому Герметикон успешно избегал разорительных межпланетных войн.

— Адмирал, мы все прекрасно знаем, что прямое вторжение невозможно, — подал голос сенатор Онигеро. — Но Кардония разделена, и у Компании будет огромный плацдарм — вся Приота.

— Галаниты науськивают на нас землероек, — согласился с коллегой сенатор Дзинга. — Воевать будет Приота, а не Компания, и это обстоятельство в корне меняет ситуацию.

— Мы их в порошок сотрем, — пообещал консул. — Компания не сможет доставить на Приоту столько техники, сколько есть у нас. И уж тем более столько, сколько мы в состоянии произвести. Ушер силен.

— Нас в три раза меньше, чем землероек, — напомнил Фраскетти.

— Но мы лучше оснащены.

Ни Ушеру, ни Приоте большие армии не требовались. Между собой половинки Кардонии давным-давно договорились, амбициозными планами по захвату соседних миров не страдали, а потому перед военными стояли всего две задачи: защита от гипотетического вторжения и борьба с загорскими пиратами. Небогатую Приоту такое положение дел вполне устраивало, во всяком случае до сих пор, а вот ушерские промышленники быстро поняли, что военные расходы — не груз, а вложение, и щедро финансировали профессиональную армию, оснащению которой могли позавидовать лучшие вооруженные силы Герметикона. Помимо основных обязанностей ушерские военные снаряжали экспедиции, составляя подробную карту неосвоенных земель планеты, испытывали создаваемое на архипелаге оружие и служили инструкторами в мирах, куда это самое оружие поставлялось. Часто — в очень ""горячих"" мирах, где получали бесценный опыт ведения серьезных войн. Ушерская армия на голову превосходила вооруженные силы Приоты, и это обстоятельство придавало консулу уверенности.

— Мы знаем, что полгода назад Компания открыла Приоте колоссальный кредит, а поскольку паротягов и паровозов на материке не прибавилось, можно сделать вывод, что землеройки покупают оружие. — Дагомаро выдал сообщение резким и жестким голосом. — Покупают уже полгода, и никто не знает, в каких количествах.

— Ты сам себе противоречишь, Винчер, — развел руками Фраскетти. — Если землеройки окрепли, нам и подавно не стоит трепыхаться.

— Время еще есть.

— Сколько?

— Достаточно, чтобы обернуть ситуацию в свою пользу.

— Каким образом? — поинтересовался Онигеро.

И услышал холодный ответ:

— Единственным.

— То есть?

— Да, Винчер, конкретизируй.

— У тебя есть план?

Нешуточная проблема — а дело пахло то ли войной, то ли распадом Конфедерации — выбила сенаторов из колеи. И вот уже две недели они никак не могли решить, что делать.