Герметикон

А Герметикон помалкивает, поскольку ведет с нечистыми прибыльные дела.

— Чушь!

— Я повторяю то, что слышал.

Ему все же удалось начать разговор. Сначала поверхностный, ни о чем, вызванный простым желанием ""заболтать"" таящийся внутри страх, он постепенно перерос в обсуждение захватчиков, и тут Рыжий развернулся вовсю.

— Хочешь обидеть Тыкву или Кугу? — поинтересовался Мон.

— Пытаюсь понять, где сейчас Привереда и Грозный.

— Грозный вывернется, — уверенно произнес Тыква. — Он из тех людей, у которых ветер дует в ту сторону, куда указывает их флюгер, а не наоборот.

— Но Рыжий не отказался бы увидеть лысого в котле, — хмыкнула синеволосая. — Он ненавидит Грозного.

Рыжий понял, что отпираться глупо, и осклабился:

— Не люблю, когда мною командуют.

— Ты вообще никого не любишь.

— Что ты обо мне знаешь?

— А для чего ты завел разговор о людоедах?

— Потому что мерзавец, — подал голос Тыква.

— Как ты меня назвал?

— Как ты заслуживаешь!

— Повтори! — Рыжий развернулся к спорки и набычился.

— Не запомнил с первого раза? — Тыква вскочил на ноги.

— Пожалуйста, не надо! — взвизгнула Куга.

И опоздала буквально на секунду.

Рыжий выдал отличный ""выстрел"" левой. Кулак влетел Тыкве под вздох, однако цели своей Рыжий не добился: спорки устоял и ответил весомым ударом в подбородок.

— Остановитесь!

Коленом в пах и тут же — прямой в голову. Короткий, резкий и очень сильный. Поставленный удар.

Рыжий рухнул на пол.

— Убью! — заорал Тыква, но на нем уже повисли ворвавшиеся спорки. — Убью!

— Скотина!

— Тварь!

Матерящегося Тыкву выволокли из палатки. Куга разрыдалась, уткнувшись лицом в грудь Мона, а поднявшийся с земли Рыжий сплюнул кровь и бросил вслед:

— Урод.

Затем повернулся к синеволосой:

— Нужно поговорить.

— Не хочу.

— Не лезь к ней!

— Сам не лезь, старик.

— Хочешь еще и со мной подраться?

— Он не станет, — неожиданно жестко бросила Куга, наградив Рыжего злым взглядом. — Ему достаточно моего слова.

Пару мгновений тот буравил синеволосую взглядом, затем пробурчал неразборчивое ругательство, отошел в дальний угол палатки, уселся на землю и принялся стирать с лица кровь.

— Ловко ты его отбрила, — с уважением произнес Лео.

— Я испугалась.

— Так я и поверил. — Капитан добродушно посмотрел на девушку.

— Что?

— То, что слышала, красавица, то, что слышала. Ты играешь здорово, но со мной этот фокус не пройдет. — Лео склонился к уху синеволосой. — Я знаю, кто ты. Я летел на Чурсу, чтобы встретиться с тобой.

Мон так и не понял, сумел ли он удивить девушку. Куга не вздрогнула, не изменилась в лице и следующую фразу произнесла ровным голосом:

— В таком случае, ты должен знать четыре волшебных слова.

— Все верят Умному Зуму.