Герметикон

 — Куда возвращаться-то? В какой порт? Где я живу?

— ""Дедушка"" приписан к Илиару.

— И что мне это дает? Прилетаю на Бахор и говорю: ""Здравствуйте!"" Кому говорю? Кто мой друг? Кто враг? Кому я должен денег, а кто должен мне? Почему цеппель пуст? Я отправился в рейс порожняком? Почему? — Лео выбил трубку и мрачно посмотрел на спорки. — Плохо, конечно, что мы не улетели, но я верю Грозному: отсюда есть дорога. Однако выйти на нее я хочу с полным трюмом воспоминаний.

— В твоих словах есть смысл.

Мон помолчал, после чего уже без надрыва произнес:

— В шкафчике стоит бутылка коньяка. Его ты вредным не считаешь?

— Ни в коем случае.

— Доставай.

Тыква охотно подчинился и разлил янтарную жидкость по обнаруженным на соседней полке стаканам. Однако светская улыбка, которую он нацепил на лицо во время действа, померкла, едва спорки услышал следующий вопрос.

— В небольшой компании всегда кто-то лишний, да?

""Неужели и этот полезет в душу?""

Тыква хотел просто поболтать. В идеальном случае — ни о чем, и никак не рассчитывал на серьезный разговор. А потому ответил прохладно:

— С чего ты взял?

— Я новенький, а ты пришел ко мне.

— Гулял по цеппелю.

— Сынок, я ведь капитан. — Лео мягко улыбнулся и принялся вновь набивать трубку. — Я обязан понимать, чем дышит команда. Я чувствую тех, кто не вписывается.

— Ты молодец. — Тыква глотнул коньяка и нехотя признался: — Допустил пару ошибок.

— Серьезных?

— В меру.

— А вот Грозный, я смотрю, ошибок не допускает.

— На то он и адиген.

— И еще какой! — усмехнулся Мон. — Сам не заметил, как стал ему подчиняться.

— И тебе это не понравилось.

Ты хотел серьезного разговора? Ты его получил. Мы тоже кое-что в делах понимаем и тоже кое-что видим. Ответишь честно или начнешь юлить?

Но, вопреки ожиданиям спорки, Лео не стал скрывать чувств.

— Нет, не понравилось, — медленно произнес он в ответ. — Я капитан ""Дедушки"". Я привык быть главным.

— Удачи.

— Я рассчитывал на другой ответ.

— Другого нет.

Старый цепарь покачал седой головой:

— Грозный тебя раздражает.

— Но я в него верю, — вздохнул Тыква. — И все верят.

— Теперь у вас есть капитан.

— Который не в состоянии одновременно находиться и у астринга, и в кузеле.

— Все упирается в наличие толковых помощников.

Которые смогут в точности исполнять приказы нового вожака. И тогда роль Грозного упадет почти до нуля. Но что даст смена власти?

— К чему этот разговор? — осведомился Тыква.

И чуть подался вперед, показывая, что не прочь выслушать интересное предложение.

Которое не заставило себя ждать.

— Координаты Ахадира стоят огромных денег. Адиген же отдаст их своим, и мы останемся с носом. — Мон раскурил трубку и продолжил: — Я старый человек, Тыква, мне пора на покой. Да и тебе, полагаю, лишняя сотня тысяч не помешает.