Герметикон

Сфера находилась на закрытой от ""глаза"" стороне планеты, время перехода еще не пришло, и следовало решить, что делать: прыгать или выжидать? На одной чаше весов граница чувствительности и отсутствие опыта, на другой — страстное желание уйти, покинуть проклятый Ахадир даже ценой огромного риска.

— Сейчас!

Мон понял, что сумеет. Опасно, конечно, но уходить нужно сейчас, пока видна спасительная планета и тянется к ней серый швартовочный ""хвостик"".

— Сейчас! — повторил капитан и надавил на вторую педаль. — Давай, давай…

""Хвостик"" вцепился в планету. Зарычал основной контур, приводя в действие чудовищные силы, дернулись три больших кольца, установленные в самом центре машины…

Дернулись, и замерли.

— Что?

Лео не сразу понял, что случилось, продолжил давить на педаль и лишь через несколько секунд сообразил, что гудение прекратилось. Могучий астринг лишь вздрогнул, кашлянул, обозначив, что жив, но не проснулся.

А еще через мгновение погас ""дальний глаз"".

— Нет. — Мон врезал кулаком по подлокотнику кресла. — Нет! Не может быть!"

"Но все же он был капитаном, опытным, много повидавшим цепарем, а потому сразу понял, что случилось. И на вопрос:

— Лео! Что с машиной?

Ответил хоть и печально, но уверенно:

— Ахадир блокирует работу астринга.

Грозный помолчал и уныло резюмировал:

— Ядреная пришпа.

— Ничего не получилось, — жалобно протянула Привереда. — Ничего не получилось…

* * *— Получилось! — Короткое слово прозвучало радостно.

А еще — горделиво. Почти высокомерно.

— Получилось!

Во второй раз восклицание прозвучало еще более весело, а потому никто не обратил внимания на нотки превосходства — немногочисленные зрители понимали, что она имеет право и на высокомерие, и на гордость.

Потому что у нее получилось.

— Ты молодец.

— Просто молодец?

Что за чушь? Никто на свете не смог бы сделать то же самое. Никто!

Одним не хватило бы воли, другим — смелости. Решимости. Одержимости. Упорства. Чего там еще не хватает неудачникам для достижения цели? Силы? Да, силы.

— Я всегда в тебя верил.

""Всегда ли? Сколько было криков, ругани… Сколько раз ты обзывал меня самыми последними словами… Но ведь получилось! Ты был прав. Не позволял мне опустить руки и отступить… Ты все придумал… Нет!""

— Я старалась.

— Я знаю. И я горд за тебя… За нас!

""Ну почему ты не удержался? Почему добавил это противное ""нас""? Нет никаких ""нас""! Нет! Ты и понятия не имеешь, чего мне стоила победа, к которой ты желаешь примазаться. Через что я прошла, чем пожертвовала… О каких ""нас"" ты говоришь?""

— О нас узнает весь Герметикон! Наши имена войдут в историю!

""Тщеславие — вот твое имя.