Герметикон

— Столкновение в Пустоте… — Тыква погладил круглую голову. — Никогда о таком не слышал. — И покосился на Грозного: — Разве это возможно? Я думал, астринги создают переход для одного цеппеля, и пути не пересекаются.

— Я тоже так думал.

— И что?

— У меня нет оснований не доверять словам нашего капитана.

""Наш капитан!"" Фраза прозвучала, и Лео Мон не стал возражать. Путники приободрились: обратный билет, судя по всему, в кармане.

А Грозный — сама любезность! — повернулся к Мону:

— Чем закончилось столкновение цеппелей?

— Я ведь сказал, что потерял сознание.

— Ах да… Дело в том, что мы видели пассеры, Лео, и, поверь, это зрелище не менее удивительно, чем описанный тобою шторм. Наши цеппели сплело между собой.

— Они столкнулись.

— И в буквальном смысле слова срослись друг с другом. Стали единым целым. Разрушились лишь верхние края обшивки, или… — Грозный на мгновение задумался. — Или они не успели срастись до того, как цеппели выбросило из Пустоты.

— В них коридоры перемешаны. — Куга широко распахнула синие глаза. — Идешь по одному цеппелю — оказываешься в другом. И никаких следов аварии.

— Вы рассказываете удивительные вещи, — покачал головой Мон.

— Выглядят они еще более удивительно, — проворчал Рыжий.

— Я едва не спятил, когда увидел, — добавил Тыква.

— Страшно подумать, что могло произойти с нами, — поежилась Куга.

— Что? — не понял Мон.

— Мы нашли офицера одного из цеппелей, — глухо объяснила Привереда. — Он сросся с камнем, с огромной местной скалой. Наполовину человек, наполовину булыжник.

— Добрые Праведники! — Лео покачал головой. — Как же он смог…

— А он и не смог. — Привереда вздохнула. — Он умер.

— Это ужас.

— Это Пустота.

— Да, Пустота, — угрюмо согласился Мон и залпом допил остававшийся в стакане коньяк.

На вид капитану ""Дедушки Джо"" было около шестидесяти стандартных лет, однако энергии и живости ему, судя по всему, было не занимать. Невысокий, полный, с короткими толстыми ручками и похожими на сосиски пальцами, Мон казался ожившим Спригу, что дарит детишкам подарки в новогоднюю ночь — такая же седая, не по годам пышная шевелюра, густые брови, роскошные усы, добрые маленькие глазки и нос картошкой. Не хватало окладистой бороды, но почему бы Спригу не побриться, правда? Тем более что до Нового года еще несколько месяцев. Одевался Лео, как это принято у свободных торговцев, вольно: простые цепарские штаны, заправленные в крепкие башмаки, теплая фланелевая рубашка, поверх нее — жилет со множеством карманов.

— Да уж, приключения на нашу долю выпали невероятные, — пробормотал Мон, поглядывая на бутылку коньяка. — Будет о чем внукам рассказать.

— И они еще продолжаются, — заметил Грозный.