Герметикон

Звали его инспектор Абал, а пахло от него смесью шиповника и горного флонтина — фиолетового цветка с резким запахом, который обожали тинигерийцы. Напарником Абала служил столь же высокий, но худой, с совершенно неприметным лицом полицейский по имени Уран Дюкри. Он держался чуть позади инспектора, даже когда напарники стояли рядом, и в основном молчал.

Покончив с формальностями, Кира поинтересовалась, известна ли собеседникам причина, по которой она хотела их видеть. Собеседники заверили адиру, что полностью в курсе происходящего и рады, что адира отыскала время для встречи. Затем осведомились о ее версии случившегося и услышали ожидаемое.

— Я стала жертвой нападения, — сообщила Кира тщательно подобранным грустным тоном.

— Мы изо всех сил стараемся сделать Каледо безопасным и дружелюбным городом, но, увы, до полного искоренения преступности еще далеко, — немедленно отозвался инспектор, соорудив на лице сообразное случаю выражение учтивой печали и безусловной уверенности в завтрашнем дне.

— Жаль, что невозможно построить идеальное общество, — вздохнула девушка.

— Совершенно с вами согласен.

— Спасаясь от беспощадных преступников, я была вынуждена воспользоваться чужим автомобилем, кажется, сейчас он на заднем дворе… Я хотела бы возместить владельцу ущерб и извиниться за способ, которым позаимствовала автомобиль.

— В этом нет необходимости, адира, — спокойно ответил инспектор, глядя Кире в глаза. — Дар Генрих Шейло распорядился подарить пришедшему вам на помощь подданному новую машину. А полицейское управление собирается наградить смельчака серебряным знаком.

Дюкри кивнул, подтверждая слова напарника, Кира ответила очередной светской улыбкой, но про себя вздохнула, поняв, что теперь ей точно не отвертеться от встречи с высшими адигенами Тинигерии. Сохранить инкогнито не удалось, и отныне дядюшки и тетушки Помпилио начнут рвать ее на части, из лучших побуждений, разумеется, вызванных любопытством: ведь до сих пор Кира побывала только на одном крупном светском мероприятии — на собственной свадьбе, и слухи о ней ходили самые фантастические.

— Не сомневалась, что дядюшка Генрих поступит именно так, — протянула девушка, с трудом припоминая моложавого здоровяка, громогласного и веселого, чей голос легко перекрывал гомон целой улицы — таким дар Шейло запомнился Кире во время свадьбы."

"— Щедрость дара Генриха общеизвестна, — поддержал беседу Абал.

Дюкри вновь промолчал.

— Ну что же, раз все вопросы улажены, не вижу смысла задерживать вас более, синьоры, — ровным голосом сказала девушка.

Однако избавиться от полицейских настолько просто у нее не получилось.

— Прошу прощения, адира, — тщательно подбирая слова, произнес инспектор.