Герметикон

Если кто-то прихватит на память красивый перстень с пальца покойника, ты должен будешь расстрелять его на глазах у команды.

— Я справлюсь.

— А теперь самое главное, Филарет. — Огнедел очень жестко посмотрел пирату в глаза. — Я знаю о твоей связи с Компанией. И понимаю, что ты уже прикидываешь, за сколько можно продать полученную от меня информацию.

— Почему ты так решил? — опешил Рубака.

— Я не буду за тобой следить, я просто хочу сказать, что нужно подождать и отточить захват цеппелей до идеала. В этом случае мы продадим технологию намного дороже.

— Мы? — удивился Лях.

— Я предлагаю тебе стать полноправным компаньоном, — очень серьезно произнес Ричард. — У тебя есть связи, у меня — технология. Доработав ее, мы проведем переговоры и заключим сделку, по итогам которой будем купаться в золоте.

— А как же спорки? — тут же спросил пират.

— Спорки — нечистые, — отчеканил Мааздук. — Сейчас они необходимы, но я не собираюсь вести с ними дела дольше, чем это необходимо.

— Хорошие слова, — одобрительно кивнул Лях. — И хорошее обещание.

— Я предпочитаю предельно сильно мотивировать партнеров.

— Считай, что ты меня мотивировал, — подтвердил пират, и мужчины обменялись крепким рукопожатием.

Они покинули цеппель через три часа после того, как ""Лавка Ангелины"" вышла из сферопорта Луегары. Пересели на один из грузовиков спорки и через два прыжка оказались на Ямне, где Филарета ожидал ""Фартовый грешник"" и куда через сутки прибыл принадлежащий Огнеделу импакто — легкий крейсер, гондолу которого украшал герб Скурийской республики, а в трюме лежали десять контейнеров с драгоценными перкенсойскими кристаллами."

"Что же касается ""Лавки Ангелины"", то с Луегары она ушла на Зарид, затем перебралась на Ганадиду, планету спорки, и встала в закрытый ремонтный эллинг, где ей перекрасили гондолу, избавили от приметного бахорского восьмиугольника и поменяли документы, превратив в чурскийский торговый цеппель ""Честный абрикос"".

Глава 4,

в которой Кира наслаждается тинигерийским гостеприимством, ""Пытливый амуш"" посещает Фоксвилль, а Помпилио делает Тайру счастливой

Из всех адигенских миров Ожерелья Тинигерия считалась если не провинциальной, то близкой к этому планетой, развивающейся и проводящей экспансию не из-за амбиций, а в силу объективных факторов развития цивилизации, требующих постоянного расширения ресурсной базы. Спокойные до флегматичности тинигерийцы с удовольствием ограничили бы свои притязания одной-единственной планетой — своей собственной, и лишь непрерывные понукания братьев-адигенов заставляли их жить сообразно эпохе.