Герметикон

 — Согласно указу Вашего превосходительства, всех свободян должны были повесить, но командир сотни попытался купить жизнь важными сведениями и рассказал, что мритский форт Карузо расконсервирован, к нему переброшена импакто, два рундера и большое число рабочих.

— Что свободянин делал в Камнегрядке?

— Рекрутировал добровольцов в Сочности.

— Понятно… — Лекрийский пожевал губами. — Информация уточнилась?

— Мы допросили уроженцев Сочности, и все они подтвердили слова главаря, — передохнув, кивнул докладчик. — И даже больше: от них мы узнали, что в Карузо командует луегарский инженер Холь, свояк Вениамина…

— Сколько рабочих? — перебил офицера губернатор.

— Человек триста, не меньше.

— И четыре месяца трудов… — Рубен побарабанил по столешнице распухшими пальцами. — Свободянина повесили?

— Ещё нет. — Докладчик вновь заволновался, опасаясь, что совершил непоправимую ошибку. — Мы…

— И не надо пока. Может пригодиться…

— Да, Ваше превосходительство.

— Убирайся! — Счастливый офицер выскочил из кабинета, а губернатор повернулся к Саймону: — Что скажешь?

— Импакто, разумеется, принадлежит Вене, пришёл из Мритска для охраны, а вот рундеры чужие, — тут же произнёс Фил. — Но через Шпеев они не проходили.

— Точно?

Лекрийский не сомневался в полковнике, но имел привычку переспрашивать, требуя доказательств или оснований, на которых базировались выводы.

— Рундеры строят крайне редко, и только по специальному заказу, мой господин. Во всём Герметиконе их не больше двух десятков, и если бы два таких цеппеля пришли в наш сферопорт, об этом говорила бы вся Менсала.

Уверенный тон, а главное, взвешенные слова заставили губернатора признать правоту Фила.

— Пожалуй, соглашусь.

— А это значит, — продолжил контрразведчик, — что рундеры навели не на Сферу Шкуровича, а прямо на планету, что весьма опасно и в разы повышает вероятность катастрофы. А это значит…

— Веня и его свояк готовы пойти на всё ради сохранения тайны, — перебил помощника Рубен. — Сай, ты невероятно зануден в объяснениях.

— Зато точен, мой господин.

В ответ — диковатый оскал, который у Лекрийского считался дружелюбной улыбкой. Саймону старый губернатор доверял и позволял гораздо больше, чем всем остальным приближённым, вместе взятым. Возможно, так бы он относился к сыну, если бы сумел им обзавестись.

— Что мы знаем ещё?

— Около форта Карузо находится точка перехода, — припомнил Фил. Он не готовился к совещанию специально, но обладал великолепной памятью и помнил множество необязательных, а то и просто ненужных на первый взгляд фактов. — Алоиз Холь — известный исследователь Пустоты, можно предположить, что его очередной эксперимент будет связан с нею.