Герцогиня в изгнании

Полностью расписанный на пожелтевших страницах ритуал по возвращению силы значительно облегчал всю подготовку, которая шла полным ходом. Так же не менее стремительно протекала моя ассимиляция с телом Этерии.

Понятия не имею, куда подевалась её душа, да и воспоминания об этом не спешили приходить, но я замечала за собой всё больше чужих привычек, несмотря на полное осознание своей личности. Например, копаясь на пыльных полках довольно скромной библиотеки, я обнаружила, что теперь знаю несколько языков. И это странно…"

"Зачем аристократке из провинции знать письменность всех ближайших иноговорящих соседей? А также древний язык королевских семей? Почему она разбирается не только в вышивке, рисовании и правильном ведении хозяйства, но и геологических картах, цепочках торговых трактов, планах развития необжитых земель и даже в погодных маркировках регионов? До этого мне и слов таких-то не было известно! Всё изменилось, едва на глаза попались выцветшие карты всего континента Фолдейна — знания моментально начали всплывать на поверхность, основательно укореняясь в памяти.

Пусть наставница, служившая при дворе, растила меня образованной, но её знания в данных сферах меркли перед вроде бы обычной фавориткой императора. Этерия не была гением — её просто превосходно обучили. Может Альберт готовил её на роль своей императрицы? Тогда зачем игнорировал её связи с другими мужчинами? И как вообще допустил, чтобы она оказалась в центре конфликта государств? Опять вопросы, на которые у меня пока не было ответов.

Также всё чаще во мне проявлялась Этерия и в том, что касалось поведения. Я ловила себя на мелочах привитых только аристократкам: когда я ела, то обязательно сервировала стол и сидела с прямой спиной, никогда не чавкала, не пила громко чай и даже начинала двигаться как-то иначе — степеннее и грациознее. Однако и себя я не теряла, потому что делала и то, что не свойственно благородной девице.

Например, частенько сидела в кресле поджав под себя ноги, и ела сухари с пряностями — излюбленную закуску рабочего класса. У меня не вызывали трудности ни работа по дому, даже самая тяжёлая, ни уход за собой, ни откровенная убогость моего нового дома. И вроде бы можно радоваться, ведь от нового положения я столько всего приобретаю едва ли не каждый день, но ликование лучше придержать. Хотя бы до тех пор, пока не станет известно о судьбе Этерии. Вдруг хозяйка этого прекрасно-ужасного тела объявится и вытеснит меня в объятия Тёмной Матери. Надо обязательно подготовиться к такому варианту.

Голова продолжала гудеть от мыслей, но всё пришлось отложить, чтобы встретить торговца из Радека.