Герцогиня в изгнании

Он ещё ни разу не пожалел, что на заре карьеры Изабеллы в театре предложил ей дом и полное содержание в обмен на условие — отныне её тело принадлежит лишь ему одному. В остальном же Изабелла могла делать всё, что пожелает. Естественно белокурая прелестница ответила согласием на его предложение, подарив тем самым герцогу добрую порцию зависти почти всех членов мужского клуба столицы. Ведь такого рода женщины всегда были чем-то вроде очередного трофея.

Каждый уважающий себя аристократ Валлиса считал своим долгом иметь минимум одну содержанку и Вилейт не видел в этом ничего дурного. Другое дело если бы он любил жену, но тут ему не повезло — его связали узами брака с самой испорченной женщиной всего Фолдейна, которой хранить верность он точно не собирался. Потому белокурая актриса стала его утешением, и он не планировал расставаться с ней в ближайшее время. Слишком уж его любовница пришлась ему по душе.

Изабелла тоже гордилась тем, какая рыбка угодила в её сети и теперь под жадным взглядом самого кузена императора спешила быть кроткой, послушной, но достаточно соблазнительной, чтобы он желал лишь её одну. Однако такое поведение было далеко от её настоящего характера.

Вот уже почти год прекрасный и могущественный герцог Шаттери был постоянным гостем в спальне Изабеллы, и она не собиралась его отпускать, всё больше опутывая своими чарами. Она ещё в детстве, наблюдая за уловками продажной матери, познала все тонкости обольщения и теперь могла заполучить в покровители любого мужчину. Так что герцог не случайно обратил взгляд своих голубых глаз именно на юную актрису в первое посещение спектакля с её участием. Он изначально был целью Изабеллы.

Настолько родовитый лорд крови являлся лакомым кусочком в кругах женщин подобных ей. Богат, красив, хорошо сложён, а уж каким прекрасным любовником он оказался! Многие желали заполучить его, но он достался именно Изабелле, и ей с трудом удавалось сдерживать ликование каждый раз при их встречах. Лишь временами, когда она слишком увлекалась, Изабелла могла себе позволить немного отбросить придуманную лично для герцога маску.

Золотые цепочки на наряде любовницы Вилейта звенели всё быстрее, и если бы мужчина не был так очарован образом распутной скромницы он бы смог заметить торжество в новых движениях Изабеллы. Музыка нарастала, и танец становился всё раскованнее, приближая представление к кульминации.

Герцог, несмотря на нешуточную бурю в глазах, не спешил хватать и опрокидывать любовницу на кровать и терпеливо ждал момента, когда мелодия стихнет. Ведь его девочка так старается, вкладывает душу в этот танец, значит нужно, хотя бы проявить чуть больше терпения.