Герцогиня на год, или Пробный брак с призванной (СИ)

в рутину, что ли? Мы продолжали жить скорее по привычке и потому что считали подобное нормой. Все так живут. Вот и мы не стали исключением. А может, то, что я чувствую к Адаму тоже любовь? Просто зрелая? Задумчиво глядя в окно, но не замечая за ним совершенно ничего из того, что мелькало, задавала мысленно себе это вопрос раз за разом, но ответа так и не находила.

Путь до моего нового дома занял не так много времени: всего три дня. Останавливаться в домах старост или на постоялых дворах я отказалась, предупредив Адама ещё перед походом к законнику. Мне хотелось в последний раз посидеть у костра вместе с воинами из отряда. В последнюю совместную ночёвку мы вспоминали поездку на ярмарку, потом месть барону Кроборну... Ребята пересказали все сплетни и легенды, связанные с герцогиней Рогенборн, какие слышали, а напоследок пообещали выучить мою новую-старую фамилию. Всё-таки запомнить «Ройтэ» было для них немного сложно.

За то время, что прошло после того, как Адам вручил мне бумаги на дом чуть менее года назад, мастера привели его в полный порядок: обновили крышу, залатали стены и фундамент, внутри заменили перекрытия и перестелили полы. Большой штат слуг мне не требовался, вполне хватило бы и Энид, но Рейн от моего имени нанял бездетную семейную пару из местных жителей в качестве садовника и огородницы, поручив им приглядывать за участком вокруг дома. Но больше никого нового в свою жизнь я впускать не хотела. С готовкой, уборкой и стиркой мы с Энид вполне можем справиться сами. Обнявшись с каждым из воинов отряда, благо теперь статус позволял, вручила каждому по серебряному и пожелала доброго пути. Тем более что все сундуки они растащили по нужным комнатам, чтобы нам с Энид меньше было возни с ними.

Последним подошёл попрощаться Боргес, благодаря за жену и новорожденного сына. У Даргнара тоже скоро должен был родиться первенец, даже жаль, что в этом мире нельзя было заранее узнать, кто именно появится на свет: мальчик или девочка. Зато их мать Канора была счастлива до безумия, что её мальчики, наконец-то образумились. Никогда не забуду, как однажды стала случайной свидетельницей уморительной сцены: сухонькая, сгорбленная в силу возраста и тяжёлой работы, старушка держала обоих хайтров за уши, склоняя головами почти до самой земли, и отчитывала, чтобы прекратили честным девушкам головы морочить, а женились, как все нормальные люди. А их басовитое жалобное «Ну, ма-а-а-ам...» и вовсе заставило прыснуть со смеху. В итоге досталось и мне, так как в сумерках госпожа Канора попросту не рассмотрела, «что за девка смеет прерывать воспитательный процесс двоих великовозрастных оболтусов»! Потом, конечно, она извинилась, но я до сих пор с улыбкой вспоминаю тот вечер.