Герцогиня ищет работу

— Я не обращался к нему за помощью, Рози, — вздохнул Рон. — Век бы не видеть эту шайку! У меня не было выхода.

— Но почему? — крикнула я, окончательно запутавшись.

Рон по обыкновению взъерошил волосы, задумался."

"— С чего же начать… Помнишь, ты хотела подарить мне амулет на удачу, а я отказался?

— Еще бы!

Небольшая обида снова вспыхнула во мне, когда я вспомнила, как Рон отшатнулся и спрятал руки за спину, будто амулет был измазан грязью.

— И ты наверняка слышала разговоры о том, что гордый дракон слишком высоко задирает нос и никогда не попросит ни у кого помощи? Не примет подарков?

— Да… — растерянно согласилась я.

— Так вот, Рози, у подарков и помощи слишком высокая цена, потому что… Потому что…

Похоже, Рон впервые готовился произнести это вслух. Знал ли кто-то о природе проклятия кроме членов его семьи? Может быть, я первая, кому он решился довериться? Я затаила дыхание, чтобы случайно не сбить его с мысли.

— Потому что я вынужден буду вернуть долг. Любой ценой. Неважно, насколько незначительной была услуга, расплатиться я должен сполна. Когда-то мой далекий предок очень сильно обидел человеческую девушку, искренне влюбленную в него. Он обещал ей… Много всего обещал. Но девушка была из простой семьи, и прапрадед не мог на ней жениться, хотя она забеременела. Семья выгнала ее из дома, и несчастная пришла под ворота замка, где молила о помощи. Стояла зима. Он крикнул ей из окна, чтобы она убиралась.

Я сидела, зажав рот обеими руками. Рон старался рассказывать спокойно, как врач, который сообщает симптомы болезни умирающему. Вот, мол, скоро ваше сердце остановится, но что поделать, таковы факты. Да только я отлично научилась угадывать, что Рон чувствует на самом деле. Он стыдился поступка далекого предка, но, увы, ничего изменить не мог.

— А она?

— Сначала плакала, потом кричала, а потом успокоилась и сказала: «Если бы только была на свете правда, все твои потомки расплачивались бы за твое вероломство. Расплачивались бы и расплачивались, но так и не смогли бы погасить долг!» Это были ее последние слова, к утру она умерла — замерзла на пороге.

— Какой ужас… Но как же несправедливо, что страдать приходится тебе!

— Иногда я думаю, что это справедливо, — не согласился Рон.

Он оперся затылком о стену и некоторое время молчал.

— Если честно, я не совсем поняла, как работает проклятие, — смущенно прошептала я.

— Эх, Рози, такое понять можно только на собственном опыте. — Рон перешел с патетического языка на обычный и обнял меня, привлек к груди, зарылся носом в волосы. — Ну вот, давай на пальцах объясню. Представь, что Рута подарила мне амулет…

— Нет уж, не хочу я представлять Руту!

— Ладно-ладно, — улыбнулся он.