Герцог в моей постели

 – Тебя я даже не послушаю!"

"– Ну вот видишь… Я думаю, точно так же в свое время поступишь и ты, Лилиан. Прошли уже те времена, когда мужа для девушки выбирал отец или старший брат!

– Но почему ты нам никогда не говорила, что Натан хотел, чтобы ты вышла замуж за герцога? – спросила Гвен. – Почему ты рассказала нам это только сейчас?

Луиза не знала, что ответить.

– Мы уже давно не дети! – серьезно произнесла Гвен и в этот момент действительно показалась Луизе взрослой.

– Сейчас, может быть, и нет. Но Натан умер два года назад. Тебе, Гвен, тогда только-только исполнилось шестнадцать, а тебе, Лилиан, не было и тринадцати. К тому же я думала, что сам герцог не воспринимает клятву, данную им лишь для того, чтобы успокоить умирающего, всерьез, что он сам сразу же и забыл о ней. К сожалению, я ошибалась…

– Но сейчас мне уже восемнадцать! – горячо воскликнула Гвен. – Ты считаешь меня уже достаточно взрослой, чтобы выйти замуж, но недостаточно взрослой, чтобы знать о том, что его светлость пообещал моему брату?

Луиза снова задумалась. Собственно говоря, она и сама знала не слишком много подробностей обстоятельств гибели Натана, не говоря уже о клятве, которую ее брат потребовал от герцога. Когда она вскоре после смерти Натана попросила дядю рассказать об обстоятельствах той роковой ночи, он ответил: «Обстоятельства? Зачем? Как бы то ни было, все равно ничего уже не изменишь!» Сама же Луиза была в тот момент слишком убита горем, чтобы настаивать.

– Я тогда просто не придала значения этому письму от герцога, – объяснила Луиза. – Поскольку новых писем за ним не последовало, я решила, что его светлость уже успел благополучно забыть об этом деле. И была очень удивлена, когда он вдруг заявился к нам вчера. Пожалуй, мне все-таки надо было подумать о том, что, если бы даже миссис Колтраст не развязала сегодня язык, рано или поздно вам поведал бы об этом кто-нибудь другой. Если уж вы начнете ездить на балы, то очень скоро все равно об этом узнали бы: если верить тому, что мне сказала миссис Колтраст, все эти два года едва ли не весь Лондон только об этом и судачит…

– Я понимаю, тебе не хотелось огорчать нас, – все с тем же серьезным видом заявила Гвен. – Но мы не можем всю жизнь расти под колпаком, словно тепличные растения!

Луиза опустила голову.

– Простите меня, девочки, что не сказала вам об этом раньше, – пробормотала она. – Вы ведь не затаите на меня зла, я надеюсь?

– Конечно, нет! – с горячностью воскликнула Лилиан, заключая сестру в объятия. Однако Гвен, как показалось Луизе, еще сомневалась.

– Прости меня, Гвен! – повторила Луиза специально для нее. – Безусловно, я виновата, что не сказала тебе.

Гвен подошла к Луизе и тоже обняла ее.