Герцог и я

— Что? — Ее глаза сделались еще темнее от гнева.

— Прошу прощения, — галантно произнес он, — я просто думал, что вам стоит поберечь силы для другого.

— Чего другого? — яростно крикнула она. — Как вы смеете так разговаривать со мной! О чем вы думали?

— Еще раз прошу извинения, мисс Бриджертон, но я думал и сейчас думаю о том, что вы напрасно считаете, будто много знаете о мужчинах, даже если всю жизнь общались с братьями.

Это уже слишком: он просто насмехается!

— Вы… вы!..

От возмущения она почти потеряла дар речи. Но его, как видно, не смутил ее праведный гнев.

— Моя дорогая мисс Бриджертон… — начал он.

— Если вы еще раз назовете меня «дорогая», я закричу на весь дом!

— Вы не сделаете этого, дорогая, — с улыбкой искусителя сказал он. — Это привлекло бы сюда целую толпу, а вы наверняка не хотите, чтобы вас застали здесь, в полутемном коридоре, наедине со мной и неподвижным телом претендента на вашу руку.

— Я готова пойти на это, — прошипела она в ярости. Саймон сложил руки на груди и лениво прислонился к стене.

— В самом деле? Что ж, тогда считайте меня заинтересованным зрителем.

Дафна в беспомощном отчаянии вскинула руки:

— Хватит! Довольно с меня! Забудьте… забудьте этот вечер и все, что произошло! Я ухожу!

Она повернулась и пошла. Скорее, скорее отсюда! От этого несносного, но чертовски привлекательного человека, от несчастного глупого Найджела…

— Вы же только что обещали помочь мне, — раздался голос за ее спиной.

Проклятие! Когда же наступит избавление от случайного дурацкого знакомства, от этого наваждения?

Она остановилась, повернув голову.

— Конечно, — сказала она вежливым ледяным тоном. — Я к вашим услугам, сэр.

— Но если вы раздумали, — произнес он так же вежливо и бесстрастно, — если вам не хочется…

— Я сказала, что помогу! — в сердцах крикнула она.

Он улыбнулся. Еще смеет ей улыбаться, чертов герцог!

— Вот как мы сделаем, — деловым тоном сказал он. — Я подниму его, закину его правую руку себе на плечо, а вы слегка поддерживайте с другой стороны.

Стиснув зубы, Дафна послушалась. В конце концов, если отбросить наглую манеру разговаривать, он ведь помогает ей избежать возможных неприятностей, публичного скандала. И выручает Найджела, хотя тот и не заслуживает этого."

"Они медленно двигались по коридору, и вдруг ее осенило: зачем, собственно, все эти усилия?

— У меня предложение, — сказала она чуть сдавленным от напряжения голосом.

— Слушаю, мисс, — отозвался Саймон.

— Оставим его здесь.

Он повернулся к ней, насколько позволила их ноша, и в глазах его можно было без особого усилия прочесть желание выбросить ее из окна. Правда, оно было плотно закрыто.

— Если мне не изменяет память, — почти по слогам проговорил он, — именно вы не хотели оставлять его здесь.