13 несчастий Геракла

Я вдохнул дым и решил возвращаться в дом. И тут мой взгляд упал на ветку неизвестного кустарника, растущего под окном. На ней трепыхалась какая-то тряпочка. Я отцепил ее, сунул находку в карман и ушел.

В своей спальне я вытащил лоскут и внимательно изучил его. Он был серого цвета, похоже, шелковый, нежный на ощупь. Вероятно, он вырван из женского платья или мужской рубашки. Но у меня такой нет, впрочем, насколько знаю, у Сергея Петровича и Валерия тоже. Внезапно я подумал: а где Валерий и Павлик? Сергей Петрович повез Маргариту в больницу, а куда подевались остальные?

Я пошел в кухню. Лариса Викторовна, стоя спиной к двери, варила кофе.

– Скажите… – начал было я.

Экономка заорала и уронила джезву. Коричневая жидкость разлилась по полу.

– Как вы меня напугали! – в сердцах воскликнула Лариса.

– Простите, я не хотел.

– Ничего, – экономка взяла себя в руки, – думала, все спать пошли.

– Кстати, – бесцеремонно перебил ее я, – где Валерий?

– Спит?! Он не слышал криков?

Лариса Викторовна пожала плечами.

– Этот вопрос не ко мне, Валерий не выходил из своей спальни.

– Он еще вчера уехал.

Лариса пожала плечами.

– Знала, да забыла. Владимир или Воронеж, нет, кажется, Вологда. Они же с Маргаритой Михайловной эстрадные концерты организовывают, вот он и повез кого-то на гастроли. Молоденький мальчик, а вежливый. Интеллигентно так попрощался со мной.

Я вытащил из кармана лоскут и сунул экономке под нос.

– Скажите, у кого есть такое платье?

Лариса Викторовна помяла тряпочку.

– Шелк, натуральный, дорогая вещь. Точно не Беллочки, она такое терпеть не может. Недавно ей подарили комплект постельного белья из шелка, очень красивый, желтого цвета, но Белла его Катерине-покойнице отдала, сказала: «Противное такое, скользкое, фу, ненавижу шелк». У Анны с Кларой тоже ничего подобного нет. Где вы его взяли?

Ну не говорить же правду, учитывая, что Глафира, по всеобщему убеждению, носит платье из серого шелка!

– В прихожей на полу. Вы уверены, что ни в одном шкафу в доме нет ничего подобного?

– Конечно, – кивнула Лариса, – я же глажу после стирки и очень хорошо знаю, что у кого в гардеробе.

– Ладно, – вздохнул я, – пойду подремлю.

Лариса Викторовна открыла рот, потом закрыла…

– Вы хотите у меня что-то спросить? – улыбнулся я.

– Да… ну там, в кабинете, на полу, вернее, на ковре, лужа крови…

– Не надо ничего трогать до прихода милиции, я запер дверь.

– Надо бы погасить, – вздохнула экономка, – да боязно одной туда заглядывать, может, вместе, а?

Я кивнул. Мы поднялись на второй этаж, я открыл дверь, в нос ударил неприятный специфический запах. Я попытался сообразить, что за «аромат» стоит в комнате, но тут Лариса Викторовна вскрикнула:

В связи с произошедшими событиями мои нервы были натянуты, словно гитарные струны.